Артчер пришёл в квартиру Стивена — а теперь и свою — поздним вечером. Гость предупредил парня о том, что им на какое — то время нужно будет оставить старика, его друга, квартиру, город…
И, можно предположить, весь реальный мир.
Но об этом Гость не стал говорить. Пока.
— Располагайся, — Стивен провёл Артчера в комнату.
Две кровати — абсолютно новые. Квартира на их фоне стала резко казаться совсем негодной, запущенной.
Но, это дело поправимое.
В ближайшее время Артчер займётся ремонтом.
— Это слишком хорошо для меня, да и я не могу отплатить тебе хоть чем — то. Я не смогу согласиться, — тут же начал старик.
Иного никто и не ждал.
— Вот обои, вот краска, клей. Ты отблагодаришь меня тем, что придашь этой берлоге свежести. Так сказать вдохнёшь в неё жизнь.
Старик призадумался. Чаки сидел на одной из кроватей и задорно повиливал хвостом.
— Продуктов хватит надолго. Я купил медикаменты. Ещё я оставлю тебе денег на всякие расходы — будь то личные нужды или что-то для хозяйства.
Вроде честная сделка.
Старик наконец-то согласился.
— Стивен, я сделаю это в первую очередь в знак благодарности. Если бы не ты — кто хватился бы старика? Наверняка я бы уже был мёртв.
Чаки тихо заскулил.
— Тебе не меня стоит благодарить. Ты уж поверь! — Стивен подумал о Госте.
Тот в это время стоял у окна и наблюдал за диалогом.
Стивен мог бы этого и не говорить, но, всё же, сказал. Хороший результат.
— А куда ты отправляешься? — спросил Артчер.
— Мне нужно уладить кое-какие дела, — ответил Стивен, не зная при этом истины.
Цепной механизм хороших дел запущен и работает исправно. Стивен даже не предполагает, во что выльются все его деяния. Он уже получил огромную отдачу от того, что «случайным» образом нашёл останки ребёнка. Волчок продолжает крутиться. Хорошие события пойдут одно за другими, точно по принципу домино.
Артчер позовёт помочь с ремонтом квартиры того самого мальца из магазина, который не так давно узнал в старике сына той женщины, что помогла ему стать на верный путь и твёрдо шагать в этом направлении, невзирая ни на какие жизненные трудности. Артчер предложит ему подработать, а тот с радостью согласится.
Для Стивена же эти дни окажутся неожиданно странными и важными.
Стивен вышел в «беспричинно» распахнувшуюся дверь квартиры — Гость вышел перед ним. Оба остановились на лестничной площадке. Лампа над их головами — Гость практически доставал до неё головой — вдруг начала коротко моргать. Гость провёл ладною перед глазами Стивена. Лампочка взорвалась.
Тьма…
Оба покинули знакомые места, оставил после себя хорошие начинания и осколки стекла.
Под куполом звёзд
1
Высоко в небе парил сокол. Голубое, глубочайшее небо было сплошь в огромных, белоснежных облаках.
Пофантазируй, как твои ноги вот — вот оторвутся от земли, и ты полетишь с огромной высоты в голубой, бездонный океан, по поверхности которого плывут огромные айсберги.
По слегка ломанным, бескрайним зелёным полям позли огромные тени, но среди них быстро мелькала и тень куда меньше — тень сокола. Он выслеживал добычу. С достаточной для того, чтобы человек сказал не может быть высоты он способен разглядеть маленького грызуна далеко внизу. Будущая жертва знать не знает того, что она избрана.
Маленькая полёвка неспешно бродит по бесконечному лесу, состоящему из цветов и трав. Такова её вселенная. Она никогда бы и не подумала, что где — то там, очень высоко, может быть, что — то ещё.
Это «что — то» было. Мир, за пределами сознания полёвки. Он, этот мир, мчался камнем с самих небес, точно к ней, а она даже ничего не ощущала.
Сокол обрушился на неё, точно астероид, упавший с неба, прилетевший из какого — то иного мира, далёкого и эфемерного, находящего в бесконечном космосе.
Сознание грызуна сыграла против него же. Едва полёвка оторвалась от земли, как всё известное, нерушимое и привычное для неё разбилось на части. Стоило ей подняться на какой — то метр над землёй, как она вышла за пределы своего мира.
Смерть — открытие. Порой только там можно постичь что — то новое, совершенно невероятное, безумное, немыслимое, как никогда при жизни наполняющее чувством жизни, при том, что это что — то всегда было рядом.
Полёвка умерла от одного лишь усилия когтистых лап сокола. Теперь она корм для его птенцов.