— А лагерь тренировочный организовать на речке. На Каменке, чуть повыше города, — вставил своё замечание Сидор. — Чуть выше места, где расположены Головинские рыбные тони. Я его заприметил ещё весной, когда с потрохами Головы возились.
— Какие тони? — вопросительно задрал правую бровь Голова. — Это ты мои рыбные ловы так обругал?
— Почему обругал, — улыбнулся Сидор. — Если они твои, то, как же их ещё называть?
— А потроха? — прищурив левый глаз, Голова выжидающе глядел на Сидора.
— Ну-тк, — включив дурку, непонимающе развёл руками Сидор. — Рыба же твоя, так и потроха значит твои.
— А-а, — согласно кивнул Голова, — понимаю. Это как сидорова коза. Угу…, - снова с пониманием покачал он головой.
— Ну, — улыбнулся теперь и Ведун, — обменялись шпильками. Теперь давайте ближе к делу. Что ты там говорил про полигон?
— Собственно это место мне понравилось тем, что хорошо подходит и для речной крепости, чтобы прикрыть город со стороны речки. Да и верфи судостроительные там можно расположить, чтобы свои суда строить, а не покупать у амазонок втридорога. В городском речном парту для верфей места, я так понимаю, нет.
— Нет, — неохотно согласился с ним Ведун. — Не знаю, как на это дело посмотрит ваш город, но наш Совет в этих вещах точно пас. Слишком близко к ящерам. Есть места и поспокойнее, ниже по Лонгаре.
— Вот это мы уж точно не потянем, — Голова даже покраснел от раздражения.
Правда, было не совсем ясно, отчего именно. То ли от сравнений Сидора, то ли от его несвоевременного предложения.
— И даже не то главное, что денег нет, а то, что ни материалов, ни специалистов на все нужды не хватает. Этой зимой все заняты.
— Другие кланы с востока сразу несколько новых крепостей с острожками заложили, что поболе, да намного посерьёзнее вашей проблемы будут. Кланы те старые, да крепкие. И там наиболее опасное направление и ящеры под боком. И людей у них поболе будет, и возможностей, средств тех же. Не то, что у вас. А вы себе, с юга целый полигон хотите построить, — недовольно проворчал он. — И где! Там, где кроме лягушек никто не выживет.
— Бред! Туда не то, что по берегу, даже по реке не доберёшься. Там же залом столетний, а вы туда лезите. Это же, какие деньги туда надо.
— И, к сожалению, опять повторяю, всё упирается в обеспечение. Ваш жемчуг ещё продать надо и товар закупить, а те, напрямую золотом платят и у них всё нужное давно под рукой. Вот к ним и пойдёт от нас всё самое лучшее.
— А к нам, кто же тогда идёт, — удивился профессор.
Сидя до того в своём тёмном углу, в разговор он не встревал, а тут, похоже, не выдержал. Видать, зацепило.
— К нам, значит, худшие идут, что ли?
— К вам вообще никто не идёт, — нервно зевнул Голова. — Речь о другом. К вам, а скажем честнее, к мастеру Корнею, направляем тех, кого никто из старых кланов не принял, — ответил ему Голова. — Не принял по разным причинам. Кто гол, как сокол, ничего не имел, или потерял, потому и не нужен. Кто беженец, как Бич ваш. Сбежал от амазонок, что-то имеет, но никому не интересен по своей гнилой сучности. Кто изначально не хотел ни к кому присоединяться, а теперь и рад бы, да не берут.
— Да мало ли какие у людей причины идти в войско. Там и платят прилично, можно семью содержать, а в случае гибели знают, что ни жену, ни сирот не бросят. Да и не проживёшь в наших краях один. И раньше было трудно, а теперь ещё тяжелее стало. Ящеры на Чёрной Речке, хоть и не убивают теперь земледельцев, но такой данью обкладывают тех до кого могут дотянуться, что люди всё бросают и бегут куда глаза глядят. А бежать то, особо и некуда. С юга горы пустые, бесплодные, с севера — амазонки, твари, далеко сзади — бароны, что за нашей спиной отсиживаются, но порядки у себя завели ого-го какие, людоедские. Вот и прибиваются к нам, к нашему городу.
— Ну, понятно, — заметил Корней, — значит, людей хватает. Ну, а раз так, то и давайте ко мне всех, до кого дотянуться сможете, а я уж отсею. Не из всякого новобранца воина сделаешь. Да и нам самим надо свою дружину формировать, а то мы тут посмотрели, а с юга то, у города, защиты никакой и нет, да и не живёт здесь никто.
— А кому надо здесь жить, в глухой пустыне этой, — нехотя заметил Голова. — Вон, и с востока, и с запада, и с севера до самой Лонгары пустых земель полно. Селись и живи. Да и осваивать их, не в обиду вам будет сказано, значительно легче, много старопахотных, брошенных. Всего делов то, поднять залежь. Да и человек, существо стадное, селится поближе к людям.