Мгновенно скрывшаяся в землянке Дашка буквально через пару секунд выскочила обратно, таща на какой-то не очень опрятной тряпке два больших куска какой-то рыбины неизвестного происхождения.
— Ну и как его звали при жизни, — усмехнулся Пафнутий, отламывая большой кусок от тушки и осторожно надкусывая.
— Жерех, — мрачно буркнула, стоящая прямо перед ним Даша, и с чисто детской непосредственностью поинтересовалась. — А ты что, в рыбе разбираешься? — И добавила, ничуть не смутившись. — А вот Сидор, совершенно не рубит, где у неё хвост, а где голова. Да и чем коптить, совершено не представляет. Ему что осина, что ольха, что вишня, всё едино. Если бы не я, совсем бы дело завалил. — И продолжила в том же духе. — Он вас что, мне в помощь привёл?
— Ну вот что, маленькая нахалка, — рассердился наконец-то Сидор. — Иди, готовь ящики с готовым продуктом под погрузку, а мы тут и без сопливых разберёмся. И пришли ко мне своего помощника, чтобы я на него посмотрел.
— А чего на него смотреть, — пожала плечами маленькая нахалка, не обратив на вопль Сидора совершенно никакого внимания. — Меня он устраивает, а другим и дела до того нет, — добавила она, устраиваясь поудобнее на бревне рядом с Пафнутием и смотря на то, как он поедает рыбу широко открытыми глазами.
— А я тебя знаю, — неожиданно добавила она, ткнув в него пальцем. — Ты с моим батяней как-то рыбу ловил.
— Чьих же ты тогда будешь? — задумчиво спросил её Пафнутий, откладывая в сторону, наполовину съеденную рыбу.
— Докучая, рыбака с Чёрной речки, — немного помолчав, ответила пигалица.
— Так вас же всех ещё пару лет назад амазонки побили, — удивлённо глядя на нее, тихо проговорил Мишаня.
— Как видишь, не всех, — тихо ответила Дашка, уставившись взглядом в землю и ковыряя валенком слежавшийся снег. — Кое-кто и выжил. Я, сестрёнки, да ещё дружок мой, Колька. Он сейчас спит в землянке, — кивнула она на закрытую дверь землянки. — Умаялся после ночной смены с непривычки. Да и оголодал чуток, всё никак не наестся. Рыба то жирная. Вот его, то в отхожее место, то в сон постоянно и тянет, — с детской непосредственностью вывалила она на них все свои секреты.
— Колька, — это случаем не сынок вашего бывшего бригадира Стаса Молчуна? — задумчиво глядя на неё, спросил Пафнутий. — Кажется, в тот набег и их вся семья погибла?
— Как видишь, не вся, — глядя ему прямо в глаза, ответила тихо Даша. — Колька выжил. Только теперь женщин очень боится. Как тётя Маня приезжает, так он в угол, под кровать, забивается, и выходить боится. А она каждый раз расстраивается.
— Ну ничего себе, — удивлённо посмотрел на неё Сидор. — Оказывается ещё и Маня здесь постоянно тобой занимается. А мне ни слова. Да у вас тут целый женский заговор, иначе не назовёшь.
— Ха, — насмешливо глядя на Сидора, подбоченилась Даша, — а с вами, мужиками, иначе никак. Больно уж вы народ хилый, да слабосильный.
— А ящики с рыбой мне готовить нечего, — неожиданно переключилась она на другое. — Всё уже давно готово и отправки дожидается.
— Мне бы ещё одну землянку, — снова переключилась она, — для хранения рыбы. А то нам вдвоём с Колькой тесновато будет. Да и кожушок мой, — любовно погладила она совсем новый кожух, явно сшитый точно под неё, — рыбой скоро пропахнет. А мне бы не хотелось.
— Будет тебе новая землянка под готовую рыбу, — улыбнулся Сидор. — Сегодня же у Корнея взвод курсантов выпрошу, чтобы тебе землянку выкопали, да заодно и дров заготовили. Чтоб вам с Колькой тесниться не пришлось. Да и тётя Маня расстроится, если твой новый кожух копчёной рыбой провоняет. Ты куда, кстати, старый то дела.
— Да, — махнула Дашка рукой, — Колька таскает. Он и валенки мои норовит надеть, — тут же пожаловалась она. — Своих то нет совсем, вот мои и тянет.
— Ладно, — усмехнулся Сидор, — будут твоему Кольке и кожух, и валенки, чтоб у тебя не таскал. Новый не обещаю, но для работы получит.
— Ну вот, наконец-то, — заметил он появившихся из-за кромки леса несколько саней с возницами. — Я уж думал, что сегодня их не будет.
— Вы чего так поздно, — спросил он первого подъехавшего возницу. — Уж полдень на дворе, а вы только добрались.
— Вечно ты Сидор, куда-то спешишь, — недовольно отозвался возница. — Если чего-то не нравится, то иди и выясняй всё с бригадиром, а к нам нечего приставать.
— Ты чего шумишь? — весело скалясь, поинтересовался подходя к нему старый Сидоров приятель, бригадир его рыболовецкой бригады, ещё по первой, весенней путине. — Давай встречай гостей. Теперь я с тобой работать буду. Гони рыбу, что сделать успели, детский эксплуататор. Да заодно покажи место, куда мороженную сгружать будем.