— Итак, — резко обернулся он обратно к Сидору, как будто только что о нём вспомнил. — Сколько ты нам положишь?
— Ну, — задумался на миг Сидор.
Прищурив глаза он холодно смотрел на стоящую перед ним парочку, о чём-то напряжённо думая.
— Полагаю, что если вас устраивала десятина у кланов, то и я могу столько же платить.
— И кожух с валенками Кольке, — неожиданно встряла Дашка. — Ему совсем ходить не в чем.
— И ты, значит, меня бросаешь, — мрачно глянул на неё Сидор.
— И ничего я тебя не бросаю, — тут же возмутилась Дашка, вскочив на бревно, чтобы быть повыше, и уперев руки в бока. — Но ряд, есть ряд.
— А с чего это ты решила, что этот ряд касается и тебя, и они тебя к себе примут? — криво усмехнулся Сидор. — И вообще, они только до весны, а что потом делать будешь?
— Потом, и видно будет потом, — как-то сразу сникнув, тихо проговорила Дашка.
— Она с нами, — мрачно зыркнул на него Мишаня. — Мы своих не бросаем. Да и Колька Молчун, тоже из наших будет.
— А работать мы будем, не за зерно твоё мифическое, а за реальный процент от проданной рыбы. И не за десятину от твоего дохода, а за десятину от всей рыбы.
— Это значит, — на минуту задумался Сидор, — вы хотите получить половину всех моих доходов от этого промысла?
— Значит, половину, — насмешливо глядя на него, согласился с ним Мишаня. — Как ты там будешь рассчитываться с Головой, это не наши проблемы. Сколько ты там на самом деле получишь, нас не касается. Продашь ты её, не продашь, нам без разницы. Это твои отношения с твоими нанимателями и с твоими продавцами. Но нашу десятину от всей произведённой рыбы вынь, да полож. И сразу, а не потом.
— Это значит, — опять задумался Сидор, скептически глядя на мужиков. — Что мне надо на свои деньги вам построить и оборудовать здесь рыбокоптильный завод со всеми строениями, цехами и прочим. Оснастить это всё оборудованием, — начал он загибать пальцы на руке. — Построить вам жильё рядом, чтобы вам было недалеко ходить, и вы могли больше выработать. Организовать охрану, чтобы вас ни ящеры, ни амазонки, не смогли врасплох застать и побить, как на вашем собственном хуторе.
— Что ещё, — задумался он. — А! Ещё обеспечить питанием, то есть хлебом и зерном, чтобы вам не надо было отвлекаться на непрофильное занятие земледелием.
— И это всё я должен сделать из своих десяти процентов? — недоумённо посмотрел он на сжатый кулак. — Вы меня что, за идиота держите? — с любопытством посмотрел он на них. — Я вам что, мать Тереза?
— Всё это ты делаешь не для нас, а для себя, — усмехнулся Мишаня. — Ничего, из тобой перечисленного, мы с собой не возьмём, когда будем увольняться. И это всё тебе самому останется. Кроме зерна, разве что. Так что нечего нам тут плакаться на свою горькую незавидную судьбину. С нами твои десять процентов всяко больше будут, чем нынешние двадцать.
— Значит, сами зиму перекантуетесь, а что я со всем этим добром буду делать весной, когда вы смоетесь заниматься своим ловом, вас не касается, — скептически посмотрел на него Сидор. — Нет, — отрицательно покачал он головой, — не пойдёт. Или оставайтесь на год, или предложение снимается вообще. Хрен с этой десятиной, — безразлично махнул он рукой. — Но пустые корпуса коптильных цехов в разгар путины, мне не нужны. Кто там работать будет, если в это время во всём городе постоянный дефицит рабочих? Так что, — внимательно посмотрел он на мужиков, — или договор минимум на год, до следующей зимы, или идите копать пеньки за кило зерна в день. Это бы меня больше устроило, честно говоря. А с этой местной треской…, - махнул он раздражённо рукой в сторону беспорядочно сваленной с саней кучи мороженой рыбы, — и Дашка одна справится.
— Одна она не справится, — посмотрев на щуплую маленькую фигурку Дарьи в новом полушубке, хмыкнул скептически Пафнутий. — Да и с Колькой своим вдвоём, тоже не справится. Так что, ладно, задержимся у тебя на год, — переглянувшись с Мишаней, Пафнутий решительно рубанул воздух рукой. — Но есть один вопрос который надо сразу же обсудить и без решения которого ни о каком договоре между нами не будет и речи.
— Нам твои два воза рыбы в неделю для работы мало будет. Если работать, то работать, а не ваньку валять. Так что если сможешь договориться с кланами о поставках большего количества рыбы, то работать с тобой имеет смысл. Нет? Значит и говорить не о чем. Нам, как ты выразился, перекантоваться и у себя в землянке можно будет, не напрягаясь. Ты же, если хочешь заниматься этим делом, изволь расширяться. Нам с голопузыми босяками возиться и сидеть без штанов неохота.