— Целых пять сортов, — продолжал он, не замечая грозно насупившую брови Машу. — Мягкая, — начал он загибать пальцы, — жёсткая, анисовая-а-а, — заорал он, когда Маня схватила его за ухо.
— Что-то ты рано, малец, к спиртному пристрастился, — ласково проговорила Маня, выдёргивая из валявшегося рядом веника толстую хворостину и не отпуская ухо брыкающегося пацана. — Коль не понимаешь русского языка, когда говорят, что в столь юном возрасте нельзя пить вино, так будем учить.
— Это не я, — завизжал парень, увидав неизбежное наказание. — Это Димон. Это у него голова не болит.
— Это правда? — грозно спросила Маня смеющегося профессора, не выпуская многострадальное ухо пацана.
— Правда, правда, — покивал головой довольный профессор, — дегустатор у нас Димон. Но наказать этого проказника надо. А то совсем от рук отбился. Как пиво сварили, так и ходит гоголем, ничего делать не желает. Сидора вечно нет, Димон в долине пропадает, а меня он совсем слушаться перестал. Так что, ты, Маня, не останавливайся, не останавливайся. Зло должно быть наказано.
— Кто тут верещит, как будто его режут, — раздался от входной двери голос Сидора. — А, — усмехнулся он, — нашего лаборанта наконец-то сечь собрались. Это хорошо. А то у меня всё руки не доходят, а профессор жалуется. Ты не останавливайся Маня, не останавливайся. Совсем обнаглел, паршивец, старших не слушает.
— Ну что — спросил он зарёванного паренька, — будешь ещё не слушаться профессора? Или ещё мне добавить? М-да, — усмехнулся он, вслед юркнувшему в другую комнату пареньку, — по-моему, криков было больше, чем следовало. Как слезу проливает. Как проливает! — с восхищённым видом покачал он головой. — Любо дорого посмотреть. Артист!
— Ты, Маня, не расстраивайся так, — подбодрил он расстроенную поркой Маню так и вертящую в руках прут, использованный по назначению всего только один раз. — Это он слезу луком вышибает, а ты по нему, по-моему, так ни разу и не попала, так здорово он вертелся. Мне от двери это хорошо было видно.
— А, вот и она, — довольно проговорил он, подымая закатившуюся под стол небольшую очищенную луковицу. — Что я говорил. Артист. Видать пороли часто.
— А что это тут бутылки делают? — удивлённо спросил он, неожиданно заметив стоящие под столом запылённые сосуды. — У нас что, праздник сегодня какой-то?
— Видите ли, батенька, — тяжело вздохнул профессор, понявший, что его тайна разваливается прямо на глазах, — это на конкурс.
— На Масляницу, что ли? — удивлённо посмотрел на него Сидор. — Здорово, — обрадовался он. — А я всё жалел, что нам выставить нечего. У всех водок, да настоек всяких полно, все в разных конкурсах участвуют, а мы нет. Так обидно было.
— Жалко, что пива у нас нет, — с сожалением отставил он в сторону бутылку, что вертел в руках. — По пиву, главные призы назначаются. Можно целую сотню золотых выиграть. Ерунда, конечно, но зато какой почёт. Целый год потом можно всех шпынять и говорить что мы победители.
— Ну почему же нет, — довольным голосом проговорила Маня. — Профессор вон говорит, что есть. Целых три сорта. Как раз таких и столько, сколько на конкурс надо.
— Господи, — поразился Сидор, — да когда ж вы успели. И настойки, и пиво?
— А ещё и водка, — гордо заявил профессор, — пять сортов. И вино. То самое, из шишко-ягоды. А ещё есть спирт из неё. Чудо, что за штука. Димон, как попробовал, так охал и ахал целый день, всё просил добавки. А нету добавки, — развёл руками улыбающийся профессор. — Всё в бочки закатали. Я решил, что мы из него коньяк делать будем. Это всяко лучше, чем простая самогонка, пусть даже из шишко-ягоды.
— Бочки? — удивлённо посмотрел на него Сидор. — Какие бочки? Вы что, профессор, промышленное производство тут открыли?
— Не тут, — сердито отмахнулся от него профессор, — в долине. Тут мы только водку гнали. Точнее, самогонку и очищали закупленное, — уточнил профессор.
— То-то, я всё не мог понять, — усмехнулся Сидор. — Пахнет, что дома, что у Димона в Долине — ну точно самогонкой, а начнёшь искать, так нет ничего.
— Мне уж начало казаться что у меня крышу снесло. А оно вона что, — понимающе посмотрел он на смущённого профессора.
— Ну и где же оно всё?
— Так в долину же и отправили, — махнул рукой профессор. — Тут уже места не хватило. Туда и отправили, вместе с Димоном.
— Что значит, места не хватило, — заинтересованно посмотрела на него Маня. — Вы что, действительно целое производство открыли? Сколько же у вас той водки? — удивлённо спросила она, утвердительно кивнувшего профессора.