Застегнув на кофте замо́к, я замер, а после медленно потянулся к лицу Ульяны. Не понимал своего порыва, но мне почему-то стало просто жизненно необходимо коснуться её нежной кожи. Но девушка не разделяла моих чувств, тут же отшотнувшись и сведя брови на переносице.
— Сначала бросил в реку, не объяснив причины, а после кинулся спасать. Почему? — Упрямо вздёрнутый подбородок, который сильно дрожал от холода, и грозный взгляд золотистых глаз, меня нисколько не напугали и не разозлили.
Я восхищался её смелостью, но вслух этого не сказал, даже не показал. Снова промолчал, поднимаясь.
— Пойдём, — протянул ей руку.
— Никуда я с тобой не пойду, — заявила Ульяна и демонстративно отвернулась.
— Я ведь с тобой церемониться не буду, — предупредил, но та ноль внимания. — Ну сама напросилась. — Обогнул её, становясь напротив, присел и резко схватил за талию.
Девушка взвизгнула и замахал руками. А я поднял её и перекинул через плечо.
— Отпусти! Меня! На землю!
— Не отпущу, — и утвердил свои слова звонким хлопком по её заду.
Глава 10. Ульяна
— Придурок, — злобно прошипела я, носом уткнувшись в спину Игоря и избивая того кулаками по заду. Он что, из камня сделан? Непробиваемый. — Горила накаченная афродизиаком, — продолжала обзывать, ибо поняла, что сил моих не хватит, чтобы причинить ему физическую боль.
— Продолжай.
Этот гад смеётся что ли?! Ну да, не его же тащат вверх тормашками. Почему бы не посмеяться? Ха-ха-ха. Я такой сильный придурок, которому позволено всё. Ха-ха-ха, посмотрите на меня. Я большая, тупая обезьяна, которая не прошла эволюцию. Ха-ха-ха...
— Что замолкла то? — И снова мой зад обожгла его чёртова рука.
— Я ведь на тебя своему отцу настучу, — пригрозила.
— Напугала, — засмеялась эта ошибка природы. — Детка, если я захочу, твой отец будет грязь из под моих ног жрать. Да к тому же с превеликим удовольствием.
— Сволочь, — пробурчала. — Власть и деньги на его стороне, а на твоей что? — Ядовитая усмешка исказила мои губы, жаль он не может её увидет, но в голосе она должна быть услышана. — Развитая форма тупизма и психизм в десятой степени?
— Нарываешся?
Видимо, и правда на драку нарываюсь. А что? Что мне прикажете тогда делать в такой ситуации. Молчком повиснуть на его плече и молить Бога, чтобы меня не изнасиловали где-нибудь в тёмной переулке? С фигали? Я в детстве несколько лет боксом занималась, пару приёмчиков знаю и могу продемонстрировать. Но всё же самый действенный способ обездвижить парня на несколько минут, это зарядить ногой прямёхонько между ног. Только после того, как девушка решается на такое, ей лучше сразу валить от него куда по дальше.
— Заяву накотаю на тебя за изнасилование несовершеннолетней. — Как только я это сказала, Игорь остановился.
— Несовершеннолетняя? — переспросил он, и в голосе его проскользнули нотки недоверия.
— Вообще-то мне 17 только. — Мысленно я уже торжествовала свою победу.
— Да мне настрать. — Сказал и пошёл дальше, не забыв вновь шлёпнуть меня по ягодице. Только в этот раз другой.
— Сволочь, — зашипела от боли.
— Повторяешься, — сделал замечание Игорь и тут же за это получил удар по пояснице.
— Ауч, это было больно, — отреагировал парень.
Я на радостях стукнула его ещё раз по тому месту, но сильнее в двое. А этот придурок лишь рассмеялся. Приколист хренов...
Так мы и шли по тёмным улицам города: я проклиная Игоря на чём свет стоит, и он превращая мой зад в отбивную. Уверена, что это его изврашённая форма проявления интереса к женскому полу.
— Если ты таким образом ко мне симпатию испытываешь, то лучше сразу убей.
— Да на тебя даже слепая собака не позарится, — решил сбить мою высокую самооценку Игорь.
— А ты ставишь себя на планку ниже этой самой собаки, — не смогла сдержать язык за зубами.
— Либо ты сейчас захлопнешь свой ротик, либо я ему найду достойное применение, — парировала обезьяна с непробиваемой задницей... или это была угроза?
— Фуу, — скривилась, но всё же решила замолчать.
— Мы пришли, — оповестил Игорь.
— Куда?
Аж под ложечкой противно засосало от нехорошего предчувствия. Оперевшись руками на спину парня, я прогнулась и повернула голову на столько, на сколько могла. Мы оказались стоящими перед потрёпанной временем многоэтажки. Во всех окнах был выключен свет.