— То есть, ты тоже ничего не знаешь, — обобщил мысли девушки Ульяновск.
— Прошу прощения?! — возмутилась та, вскакивая на ноги.
Стул, лишившись нагрузки, жалобно крякнул.
— Я пытаюсь разобраться в проблеме, в отличие от некоторых!
— Пока что всё это на уровне предположений, сродни взаимосвязи прохождения Венеры через солнечный диск и фазы луны в Козероге, — с умным видом продекларировал крейсер. — А про разницу в ходе времени подметила ещё ваша коллега, Нептун, когда вломилась за Сириус.
— Даже такие дикие доводы нельзя отрицать, — с превосходством в голосе отозвалась кансен, смотря на парня сверху вниз.
— Это уже из разряда эзотерики, — отмахнулся парень, в следующую секунду задумавшись над посетившей его мыслью.
Посмотрев сперва на себя, потом на шкаф, он поднял взгляд на скрестившую руки под грудью девушку. Рассуждать о псевдонаучности чего-либо, когда в одной комнате находится портал в другой мир и два живых духовных воплощения неодушевлённых предметов казалось как-то неправильно.
— Противостояние сиренам показало, что нужно учитывать все факторы, даже те, что кажутся пустяковыми на первый взгляд, — с гордо поднятой головой поучительным тоном произнесла девушка.
— Например?
— Например, правильное украшение во время Рождества может значительно увеличить огневую мощь кансен, — ответила она.
Ульяновск едва не расхохотался от подобного заявления. Однако Формидебл всем своим видом демонстрировала, что сказанное ею является истиной последней инстанции, которая не подлежит сомнению.
— Надо будет попробовать, — не справился с рвущимся наружу смехом крейсер. — Вдруг мои «Граниты» в дополнение к кумулятивному поражающему эффекту начнут ещё бить по площади…
— Верить или нет — твоё дело. Я говорю, как это работает у нас, — фыркнула авианосец, сев на место.
Послышался жалобный скрип, треск, и стул развалился под девушкой, вынуждая ту отправиться в короткий полёт на пол. Формидебл, приземлившись пятой точкой на обломки несчастной мебели, лишь устало вздохнула, прежде чем поправить задравшуюся юбку.
Однако парень успел оценить белые чулки на подвязках, и кружевные трусики и пояс в тон.
— Ни слова, — холодным тоном кансен предостерегла его от любых комментариев по поводу случившегося.
— Могу сказать, что тебе идёт цвет, — вздохнул Ульяновск, встав с кровати и протягивая упавшей руку. — Прошу прощения за сей прискорбный инцидент.
Стрельнув недовольным взглядом в кота, который поспешил занять нагретое им место, он помог девушке встать на ноги.
— Благодарю.
— Хм… — не смотря на девушку, крейсер поднял с пола надломившуюся ножку. — Ну не сволочи ли, а?
На ножке красовался пропил на две трети диаметра, залепленный пластилином, цвет которого старались подобрать под цвет лака. Заметив, на что смотрит парень, Формидебл облегчённо вздохнула, в душе радуясь, что приписываемое ей злыми языками проклятье здесь ни при чём.
— Шутники, — вздохнул Ульяновск, ногой отодвигая обломки к краю комнаты.
— Кто? — поинтересовалась Формидебл.
— Кто-то из срочников, что когда-то служили здесь, я уверен. К сожалению, предложить вам сесть более негде, кроме, — скосил он взгляд на кровать со спавшем на ней чёрным ужасом.
— Вынуждена отказаться от данного предложения.
О том, что девушке не следует садиться на кровать незнакомого мужчины, она решила умолчать.
— Зная, чем это может обернуться, всецело поддерживаю, — ухмыльнулся Ульяновск. — Не маячь у меня завтра отправка на задание, я бы предложил сменить обстановку, но ты вряд ли захочешь выпускать портал из виду.
— Как и ты, — ухмыльнулась в ответ Формидебл.
Идея сбежать с базы была очень соблазнительной для парня. Ведь на той стороне не придётся выполнять приказы стрелять в своих. Не будет постоянных сомнений в адекватности командования, которое не стремилось объяснять причины тех или иных своих действий, требуя неукоснительного выполнения поставленной задачи. Нужно было всего лишь сделать один шаг…
Вот только каким бы лёгким ни казалось данное решение, и какие положительные изменения в его жизнь оно бы не принесло, это означало изменить присяге. Предать страну, как бы она не относилась к своему созданию, Ульяновск не мог. Да и слишком много дел у него имелось здесь, чтобы вот так просто всё бросить.
Как минимум следовало достучаться до собственного командования, чтобы те перестали считать Глубинный Флот дикими животными с зачатками разума всего лишь на уровне низших приматов. Требовались более серьёзные аргументы, чем устные доклады и написанные рапорты, судьба которых печальна и незавидна. А их ещё нужно как-то достать, если артефакты с тел поверженных химе на адмиралов и учёных не действуют.