С другой стороны, реши он подойти со стороны Карского моря, цель вполне может уйти в море Баренцево, и ищи её там до скончания времён. В идеале, следовало перекрыть пролив с другой стороны, но Ульяновск подобных возможностей не имел.
А потом взглянул на химе-линкор напротив себя.
— Этот тумен… под моим командованием? — поинтересовался он у принцессы субмарин.
— Никогда! — рыкнула линкор, топнув ногой.
По воде пошла рябь, напоминавшая небольшое землетрясение на суше.
— На время испытания — да, — кивнула субмарина, и добавила, посмотрев на брюнетку хмурым взглядом: — Приказы кешику может отдавать только Йоту.
Глубинная в чёрном платье недовольно кивнула, показывая, что приняла приказы своего «начальства».
— Тогда пусть этот… «кешик» встанет с другой стороны пролива, — обратился парень к субмарине. — Я займусь с этой.
Два алых огонька впились в авианосец нечитаемым взглядом, однако на лице брюнетки появилась самодовольная улыбка.
— Кхане, позвольте мне сопровождать кафира, — попросила линкор.
— Твои действия — это твои действия, лишь согласуй с гостем, — кивнула в ответ субмарина.
— Хорошо, — поклонилась линкор.
— Я жду, — сказала Ульяновску субмарина, нырнув под воду и с огромной скоростью скрылась из виду гидроакустических комплексов.
Недалеко от Карских ворот глубинные начали уходить на дно. Однако, несколько десятков, стараясь держаться ближе к острову Южный, начали обходить архипелаг. Как понял авианосец, это и был тот самый «кешик», о котором говорили глубинные. Подозрительное сходство с историческими терминами и раньше заставляло Ульяновска с недоверием посматривать на историю, сегодняшний вечер добавил ещё пару камешков на чашу весов теории мирового заговора.
— Как быстро твои доберутся до устья с той стороны? — проводив взглядом ушедшую субмарину, спросил он у брюнетки.
И тут же мысленно хлопнул себя по лбу. Как глубинные отмеряли время, если делали это вообще, никто не знал. Возможности в прошлом узнать подобное не подворачивалось.
— М-м, — ненадолго задумалась химе-линкор. — Три-четыре биения, и передовые отряды будут у входа.
— Биения чего?
— Души моря конечно же, — ухмыльнулась химе.
— Идём с твоей скоростью, — поняв, что какой-то конструктивный диалог по этому вопросу невозможен, Ульяновск предложил другой выход из ситуации. — Веди.
С чувством собственного превосходства глубинная села на любезно подставленную симбионтом ладонь и лениво взмахнула в сторону островов. Огромный монстр рыкнул в ответ и как-то вальяжно заскользил в указанном направлении.
Авианосец, чтобы не нервировать ни себя, ни глубинную, пристроился рядом и начал возвращать своё авиакрыло на палубу. Требовалось поменять состав вооружения в воздухе под новые задачи, как минимум для успокоения брюнетки по правую руку.
К его огромному сожалению, оснащённых объёмно-детонирующими боеприпасами самолётов в составе его авиакрыла не имелось. Боевая задача не подразумевала уничтожения береговых целей, и состав эскадрилий Ульяновск собирал скорее для противолодочной и противокорабельной борьбы. Обычная авиабомба хоть и оставалась серьёзным оружием, но термобарический снаряд той же массы в условиях скалистого ущелья был гораздо эффективнее. Многократно отражённые ударные волны по небронированным глубинным действовали аналогично направленному удару, накрывая большую площадь.
— Стражница Скал, — обратился к глубинной по правому борту Ульяновск. — Кто она?
На получение какой-либо полезной информации он не рассчитывал, но считал должным попробовать.
— Медленная, плохо двигается на воде, — не сводя взгляда с острова на горизонте, начала отвечать линкор. — Может выходить на берег и бить оттуда. Хорошо бьёт по летунам, один или два улья ей не помеха, к тому же имеет своих. Конкретно про неё больше сказать не могу, Дуга меня не интересовала.
Вопреки ожиданиям парня, ему таки соизволили рассказать что-то полезное. Сказанное позволило ему сузить круг подозреваемых, среди глубинных мало кто мог атаковать, находясь на суше. Вот только такие особи относились к высшему эшелону иерархии, и уничтожались, как правило, крупным флотом, чаще всего интернациональным. В одиночку операцию по ликвидации береговой глубинной могли провернуть всего два флота — Японии и США.