Поднявшись на заданный эшелон, бомбардировщики разделились на четыре группы. Первая по широкой дуге полетела ко входу в пролив со стороны Карского моря, держа черноволосую химе в поле зрения своих средств наведения. Восемь «Москитов» Ульяновск считал достаточным, чтобы вывести линкор из строя и потом добить бомбовым ударом.
Остальные три группы направились к целям в проливе. В сорока километрах до визуального контакта эскадрильи произвели пуск противокорабельных ракет по самым крупным целям, после чего стали заходить на курс бомбовой атаки.
— Нашёл, — на лице Ульяновска непроизвольно появилась ухмылка.
Искомая химе пряталась в небольшом заливчике, протянувшемся к северу в двадцати километрах от входа в Маточкин Шар со стороны Карского моря. Именно туда направлялась для бомбометания одна из атакующих групп, туда же сменили курс остальные.
— Уверен? — с сомнением в голосе уточнила линкор.
Глубинная даже не удостоила авианосца взглядом, залюбовавшись всполохами взрывов на горизонте.
— Белый плащ, демон с треугольной головой на двух руках, два витых рога белого цвета длиной с локоть, — описал Ульяновск что успел разглядеть, пока противник не скрылся в огне.
Принцесса Линкоров лихо спрыгнула с ладони симбионта и, склонив колено, опустила в воду ладонь. Последовавший за этим импульс, прокатившийся сквозь толщу воды до берега и обратно, для авианосца оказался сравним с тем, как если бы ему в голову стали закручивать тупой бур перфоратором. Что бы это ни было, оно не походило на гидроакустический импульс, так как ударило даже по радарам на самолётах.
— Хм, действительно, — с довольным видом промурлыкала глубинная, вытащив руку из воды.
По стволам орудийной башни на плече её ручного гиганта, обращённой в сторону пролива, забегали алые искры.
— Я, хранительница Больших Врат Йоту подтверждаю окончание испытания Кровавого Права и соблюдаю условия, — повернулась к авианосцу химе. — Тай соблюдён, — закончила она, и вытянула в его сторону правую руку.
Ульяновск с недоумением посмотрел на выставленную перед ним бледно-серую ладонь. Что в таких случаях следовало делать — дать «пять», например, или облизнуть — авианосец не знал. К счастью, подсказка подоспела довольно быстро.
— Сделай то же самое, — шепнула ему всплывшая рядом химе субмарин.
Парень на её появление только покачал головой. Все бортовые средства гидроакустического поиска до сих пор звенели и не пришли до конца в себя от поискового импульса линкора ранее. Пословица про слона в посудной лавке в его жизни ещё никогда не иллюстрировалась настолько ярко.
Не имея других вариантов, Ульяновск сделал, что его просили. Едва коснувшись холодной ладони брюнетки, авианосец на мгновение почувствовал, как по телу прокатилась волна приятного холода, словно он прошёл сквозь водопад.
Принцесса субмарин встала между канмусу и глубинной химе, и обхватила их ладони своими.
— Тай соблюдён, — повторила за брюнеткой субмарина, с интересом посматривая на авианосец.
В его голове послышался какой-то шёпот, но быстро исчез. Однако он разительно отличался от того, что возникал в сознании после длительных походов. Не было той ледяной злобы и постоянного внушаемого желания уйти вглубь океана. Ульяновску в тот момент показалось, что он очутился в библиотеке, где сидящие за столами студенты тихо перешёптываются, боясь навлечь на себя гнев владыки книжного царства. Полный безразличия к окружающим, но явно несущий некую информацию.
Демонстративно размяв пальцы, химе завела руку за спину. Послышался резкий хруст, и линкор опустила ладонь, широко распахнутыми глазами уставившись на своё начальство. Стоило только Ульяновску лишиться тактильного контакта с глубинными, он сделал резкий шаг назад.
— Твой ярлык, — беловолосая химе вложила в ладонь авианосца небольшой изогнутый шип чёрного цвета с синими прожилками. — Я сдержу данные мною обещания, слово кхане. Иди с миром.
— Сами справитесь? — указал Ульяновск в сторону острова.
— Глупый вопрос, — субмарина жестом заставила успокоиться взметнувшуюся было брюнетку.
— Тогда… — авианосец убрал очередной трофей в грузовой отсек экипировки. — Прощайте.
— Бескультурный варвар, — недовольно фыркнула линкор.
— Да укажут тебе путь среди течений воды и ветра очи Бездны-матери, — произнесла химе-субмарин и, отвернувшись, заскользила в сторону острова. Тем самым показывая, что разговор окончен.