Больница оказалась небольшим одноэтажным зданием из красного кирпича, построенным ещё в довоенные времена. Вывеска «Тишинская участковая больница» висела немного криво, а на подоконниках цвели герань и бегонии — явная забота местных медсестёр. Внутри пахло лекарствами и свежевымытыми полами. Приёмная была пуста — летний сезон, отпуска, каникулы…
Нас приняли сразу же. Кабинет врача оказался небольшим, но уютным: старые, но добротные деревянные шкафы с медицинской литературой, на стене — дипломы и лицензии, на подоконнике — кактус в горшке. За столом сидел мужчина лет шестидесяти с аккуратной седой бородкой и внимательными голубыми глазами.
— Здравствуйте, — представился он, вставая из-за стола. — Меня зовут Герман Рихардович Хайнц.
Алёшка не удержался:
— Ого, как кетчуп!
Я тут же одёрнул сына:
— Алёшка, перестань!
Но доктор только усмехнулся:
— Ничего, я уже привык. Ну, так по какому вопросу вы меня осчастливили своим визитом? — он жестом пригласил нас сесть. — Лето, знаете ли. Народу немного, и любой посетитель для меня как праздник.
Я подробно рассказал о проблеме: ночных кошмарах, повторяющихся снах, странной усталости Алёшки. Герман Рихардович слушал внимательно, временами делая пометки в карточке. Потом он осмотрел Алёшку — проверил давление, послушал сердце, заглянул в горло.
— Так… — наконец произнёс он, снимая стетоскоп. — Ничего критичного я не вижу. Скорее всего, бессонница связана с переменой места жительства, акклиматизацией. Со временем сон должен нормализоваться. Но на всякий случай… — он выписал рецепт, — я пропишу лёгкое успокоительное. И анализы сдать нужно — кровь, мочу — чтобы исключить какие-то скрытые проблемы.
— Спасибо, доктор, — я искренне благодарил его, чувствуя, как напряжение немного спало.
— Не за что. Подойдите к дежурной сестре — она возьмёт у Алексея анализы. Результаты будут через пару дней. Если что-то вызовет беспокойство — сразу звоните.
Мы распрощались и отправились в процедурный кабинет. Алёшка мужественно перенёс забор крови, даже не поморщившись. Выйдя из больницы, мы решили зайти в магазин — купить что-нибудь вкусненькое к ужину, чтобы порадовать Вику.
Магазин «Тишинский» оказался небольшим, но вполне современным супермаркетом. Пока мы выбирали сыр и фрукты, к нам подошла знакомая фигура — Маргарита Рудольфовна с корзинкой в руках.
— Здравствуйте, молодые люди! — она улыбнулась. — Решили сделать покупки в нашем скромном супермаркете?
— Мы были у доктора, — объяснил я, — а теперь решили купить что-нибудь вкусненькое и домой — Вика волнуется.
Лицо соседки сразу стало серьёзным:
— А что случилось?
— У Алёшки нарушение сна, — я положил руку на плечо сына. — Но врач сказал, что ничего страшного — просто он ещё не привык на новом месте. Ему всё время снятся какие-то кошмары…
Маргарита Рудольфовна задумалась, потом кивнула:
— И правильно сделали, что к врачу сходили. Герман Рихардович — прекрасный специалист. Кстати… — она понизила голос, — Иван Семёнович тоже жаловался на сон. Правда, ни о каких кошмарах не рассказывал. Из него, знаете ли, клещами ничего нельзя было вытянуть, не то что сны какие-то…
Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Совпадение? Или…
— Ну вот, я опять разболталась, — вдруг спохватилась Маргарита Рудольфовна. — Всё, пока, мальчики. Алексей, выздоравливай!
— Спасибо, — улыбнулся я. — Заходите к нам на чай. Вика будет рада.
— Обязательно загляну, заодно проведаю Алексея.
Мы распрощались, купили всё необходимое и зашли ещё в аптеку за успокоительным. Домой возвращались неспешно, наслаждаясь тёплым днём. Вика, увидев нас, сразу бросилась навстречу:
— Ну как? Что сказал врач?
— Всё в порядке, — успокоил я её. — Просто акклиматизация. Выписал успокоительное, взяли анализы…
Вечером, за ужином, атмосфера была уже гораздо спокойнее. Алёшка даже оживился, рассказывая о походе в больницу. Но когда я случайно взглянул на него, то заметил — его глаза снова стали какими-то отсутствующими, будто он мысленно находился где-то далеко….
7
На следующий день Алёшка выглядел заметно бодрее — тёмные круги под глазами почти исчезли, а в движениях появилась привычная энергичность. Вика с облегчением заметила, что он с аппетитом съел завтрак, чего не было уже несколько дней. Видимо, лекарство действительно начало действовать.