— Среди них не было шкатулки. Конечно, его жилье очень сильно пострадало от огня…
— Эта вещь прошла через века, чтобы погибнуть в пожаре из-за неосторожности? Слишком банально. С вами не пытались связаться друзья Карела?
— Нет.
— А он сам?
— Если это шутка, господин Герент, — ледяным тоном отчеканила Юлия, — то она крайне дурного свойства.
— Я не шучу. Мои эксперты считают, что с очень большой вероятностью ваш брат жив и скрывается. Я прекрасно его понимаю. Если он вдруг объявится — передайте ему, что я не держу зла, и наш договор в силе.
— Если мой брат жив… — повторила Юлия.
* * *
Площадь Дукаса — катакомбы
— ...а это памятник кардиналу Дукасу, покровителю города, — Джарвис указал тростью на бронзовую фигуру в центре площади. Несмотря на величие личности, монумент не отличался выдающимися размерами, а горожане шутили, что кардинала изваяли «в натуральную величину». — Между прочим, причислен к лику святых. А если повернуться во-он туда, то увидите порт. Кардинал смотрит на прибывающих в город по воде и простирает над ними руку — благословляет. Неплохой был святой, кстати, сделал много полезного для этого города. При жизни, разумеется.
— Это семейное, — вздохнул Марк, перехватывая трость, чтобы достать носовой платок и утереть лоб. То ли от жары, то ли от нескончаемого монолога Джарвиса, но он основательно взмок и сейчас жаждал одного — скрыться в тени.
— Семейное? — переспросил старый маг, чутким ухом уловив в голосе спутника сарказм. — Все просто, Довилас, я люблю Аркадию. Этот город стоит того, чтобы его узнать получше.
— Даже несмотря на то, как Аркадия с вами обошлась? — спросил Марк.
— Злиться я могу только на собственную глупость. И вы тоже полюбите этот город, это неизбежно. Ну, идемте, нам туда. — И он указал на ряд ярко оформленных витрин. — Магазины готового платья, что нам и надо. И внутри прохладители помогут облегчить ваши страдания.
Юношей Марк Довилас не слишком задумывался о моде, увлеченный иными материями. С детства ему внушали, что опрятная одежда и начищенные ботинки куда важнее погони за модным цветом галстука и покроем пиджака. Да и в Ипсвике в студентах ценили талант и усердие, а не мастерство портного. Когда в моду вошли клетчатые шлезские жилеты, студент пятого курса Довилас готовился к выпускным экзаменам. Спустя год, когда континент сходил с ума по небрежному стилю «вольных художников» Эрдваца, он уже получил место на кафедре и с увлечением проводил опыты с полями Бойля. Еще пять лет — в моде велосипедные прогулки и спортивного кроя брюки, а Марку предложили стать заведующим кафедрой вместо собравшегося на покой доктора Хилла. Мода и профессор Довилас всегда шли параллельными курсами, как сказал бы покровительствующий морякам кардинал Дукас, хотя, мнение иностранного святого вряд ли бы озаботило профессора.
—Джарвис, — шепнул Марк на ухо ветерану, — это магазин женского платья.
— Спасибо, я знаю, — ответил тот и широко улыбнулся вышедшей из-за прилавка миловидной барышне в ответ на её «Чем могу помочь?»
Подавив малодушное желание покинуть магазин (сбежать, иными словами) и провести ближайшие полчаса в кофейне напротив, Марк огляделся. Явным и неоспоримым доводом за то, чтобы остаться, был превосходно отлаженный прохладитель. Затем на глаза попалась коллекция платков, среди которых, раз уж он все равно в магазине, Марк решил подыскать подарок для матери. Ну, и в-третьих... По здравому размышлению идея Джарвиса столь кардинально переодеть племянника была не так уж плоха. Другой вопрос, как Карел Малло отнесется к женскому платью?
— ...ли зеленое? — услышал он голос Джарвиса. — Довилас, вы заснули? Розовое или зеленое?
На прилавке лежал ворох кружев.
— Розовое, что бы это ни было, — отозвался Марк. — Выглядит презентабельно.
— Эту часть туалета не выставляют на обозрение, — наставительно сказал Джарвис, Марк пожал плечами, мол, сами спросили.
Джарвис только отмахнулся.
— Хорошо, розовое.
Зеленое кружево было убрано с прилавка, а вместо него явились коробочки с чулками, выбирать которые Марк отказался, а Джарвис, напротив, с видимым удовольствием пересмотрел не менее дюжины, прежде чем отложил самую, на его взгляд, лучшую пару.
— Еще нам нужен корсет, — сказал он.
— Конечно, — кивнула барышня. — Вы знаете размеры?
— У меня довольно крупная... племянница, — ответил Джарвис. — Размеры... вот тут (он очертил в воздухе две плавные дуги) весьма скромные, а вот тут (он соединил указательные и большие пальцы, образовав замкнутый круг, символизирующий талию) примерно как у моего друга, — и Джарвис кивнул на Марка.