Зеленый свет померк, комната обрела привычный вид, и Джарвис, по-стариковски покряхтывая, поднялся с колен. Ференц и Марк осторожно подняли Карела и уложили на диван.
Ференц встал в изголовье, опершись ладонями о подлокотник и пытаясь перевести дух, Марк свободной рукой достал платок и завернул в него пойманную кляксу — что бы это ни было, оно уже не шевелилось. Он положил сверток на столик возле окна и тоже глубоко вздохнул.
По потолку метнулись и исчезли тени.
Карел застонал, приходя в себя, и попытался встать, но тело плохо слушалось.
— Лежите, — строго велел Марк, присаживаясь на край дивана. — Должен сказать, вам чертовски повезло. — Он слегка похлопал Карела плечу, подбадривая, потом положил ладонь ему на лоб, и молодой человек тут же уснул.
Ференц осторожно раскрыл ладонь и провел ею по воздуху над спящим братом. Тело Карела сделалось зыбким, словно погруженным в прозрачную воду, черты расплывались, растворялись и снова возникали.
— Его всего накрыло, — сказал он.
— Джарвис, это ваши катакомбы? — устало спросил Марк. — Накопилась, должно быть, где-то критическая масса, а он не заметил и влез по самую макушку.
— Вот чего там никогда не было, так это застоявшейся магии. Потому и любили в них прятаться. Уникально здоровый фон, идеальное и насквозь обычное место, — уверенно заявил старый маг. Он развернул носовой платок, мизинцем ткнул в остатки черной кляксы и поднес к носу оставшуюся на пальце копоть. — Неживое что-то.
— В лабораторию бы, — нахмурился Ференц.
— За такие образцы нас посадят, — хмыкнул Джарвис. — Всех троих. И даже разбираться не станут.
— Можно договориться с профессором Дейтмаром, — сказал Марк. — Он пустит к себе на кафедру.
— Допустим, — задумчиво протянул Джарвис, — сначала мы соберем все, что Карел потерял здесь. Должно хватить для анализа…
— Надо зафиксировать его полиморфическую оболочку, чтобы не допустить расползания этой дряни, — заметил Ференц. Профессор кивнул.
— И тем не менее, — продолжил свою мысль Джарвис, — раз в катакомбах его так поразить не могло, тогда где? Случись в Аркадии какой выброс такой природы, мы бы узнали. Здесь бы все вместо конференции бегали да чистили окрестности.
— А если не в Аркадии? Или если сошло все за сезонные колебания? — покачал головой Марк. — А задеть могло ведь и еще кого-то…
— Не помню такого сезона, — вздохнул Джарвис. — Карел, Карел, где же тебя носило?
— Майердол, — сказал Ференц. — Это тебе, дядя, говорит о чем-нибудь?
Джарвис сверкнул единственным глазом.
— Еще бы! До сих пор нет-нет да всплывет какая-нибудь диковинка оттуда. Но там уже много лет как тихо, одни сверчки да жабы. Вы ведь знаете об этом случае, Довилас?
— Читал, но сейчас не вспомню подробностей. Ференц, пригласите сюда вашу сестру. Нам понадобится её помощь.
В ту же секунду раздался стук, заставивший уже Ференца дернуться и удивленно покоситься на дверь — наложенные им чары должны были отвадить любого случайного прохожего. Но почти сразу же он понял, кто стоит с той стороны.
— Ференц, и ты здесь? — сказала Юлия. — Нам нужно немедленно поговорить… — она осеклась, заглянула брату через плечо — и тот едва успел уступить ей дорогу.
— Я как раз хотел идти за тобой, — только и пробормотал Ференц ей вслед.
Юлия бросилась к дивану, упала на колени и сжала руку Карела.
— Госпожа Малло, пожалуйста, сохраняйте спокойствие, — попросил Марк. Молодая женщина даже не повернулась, и тогда Марк повторил настойчивее: — Пожалуйста, Юлия! Это крайне важно!
— Я всё объясню, — шепотом пообещал племяннице Джарвис, пока Ференц опять запирал и магически запечатывал дверь номера.
Юлия глубоко вздохнула и посмотрела прямо на обоих магов, на этот раз её лицо казалось абсолютно спокойным.
— Возьмите вашего брата за руки, — велел Марк. Она подчинилась. Марк сделал несколько черновиков и передал Ференцу, который расставил их вокруг соединенных рук брата и сестры.
— Ну-ка, я помогу, — сказал Джарвис, поднимаясь.
— Сделайте одолжение, — несколько рассеянно ответил Марк. — Ференц, сначала вы.
Черновики вспыхнули, образуя единое заклинание, и вокруг ладоней Юлии и Карела, между пальцами, обхватывая запястья, заструилась алая лента, с тихим шипением впитываясь в кожу без следа. Женщина напряженно следила за ней — точно такую же, только тоньше и бледнее, они с Карелом вплели в свои медальоны перед отъездом брата в Вендору. Словно в прошлой жизни.
Марк позвал Джарвиса. Наступила их очередь.