— Боюсь, я огорчу тебя, — сказал Джарвис неприятным тоном. — Законы ты знаешь, это похвально. Но я сейчас расскажу тебе, где ты не прав.
— Сделай одолжение, Карл, — не менее неприятным тоном отозвался Герент. Марк на всякий случай окинул взглядом всех троих членов семейства и приготовился к самому худшему.
— На самом деле, все просто, — Джарвис, когда того требовали обстоятельства, умел быть очень внушительным. — Маг не может отказать в просьбе, высказанной надлежащим образом. Этому не учат в школе. Этому вообще нигде не учат — ради защиты магов. Сам понимаешь, что начнется, если все подряд начнут просить нас выполнить их просьбы. Ну что ты смотришь недоверчиво? Вот, пожалуйста, спроси у профессора магии.
Пауль перевел взгляд на Марка и вскинул бровь, всем своим видом демонстрируя внимание. Довилас угрюмо посмотрел на Джарвиса, но, тем не менее, счел уместным согласиться:
— Для того, чтобы просьба — или иное словесное выражение возможных отношений — между магом и иным лицом была зафиксирована и скреплена неразделимыми узами, — начал он зачитывать по памяти соответствующий раздел учебника магии в собственном вольном переводе на вендорский. Скучный лекторский тон он отработал для особых случаев вроде собраний Ученого Совета. — …необходимым и достаточным условием является наличие в словесном выражении…
— Спасибо, — прервал его Герент. — Кажется, я уловил суть.
— …точного соответствия ряду требований, — невозмутимо продолжил Марк. — Если вкратце, — соизволил он смилостивиться над слушателем, — это в первую очередь определенный звукоряд словесного выражения и наличие точной формулировки. Но необходимо также принимать во внимание положение планет, физическое состояние мага и иного лица…
— …их взаимную склонность, — вдруг добавил Джарвис и назидательно поднял указательный палец. — Это очень важно!
— И еще три параграфа, — закончил мысль Марк.
— Благодарю, — склонил голову Пауль. — Очень познавательно, — он сделал паузу. — В особенности, что касается взаимной склонности. Я постараюсь изучить этот аспект детальнее. Мне жаль, госпожа Малло, что вы не сможете присутствовать сегодня у бургомистра. Вы затмили бы всех остальных дам… — он печально вздохнул и встал из-за стола. — Но я надеюсь, что возможность непременно представится. Оставляю вас, господа. Госпожа Малло, Карл… — легкий поклон. — Профессор Довилас…
Мужчины обменялись неприязненными взглядами. «Зануда», — явственно читалось в темных глазах. «Позёр», — в светлых.
* * *
За окном стемнело. Приличным постояльцам в это время полагалось либо готовиться ко сну, либо отправляться на поиски развлечений, щедро предоставляемых ночной Аркадией в салонах, клубах и концертных залах. Ференц Малло вытащил чемодан и принялся разбирать вещи.
Отправляясь на научную конференцию, он вряд ли представлял, куда придется в итоге ехать, и выбирал вещи, в которых можно достойно выглядеть стоя за кафедрой, сидя в зале докладов или общаясь с коллегами в перерыве. Знал бы заранее — захватил другую одежду. Как член экспертной группы, Ференц не раз осматривал места преступлений, и на многие не стоило заходить в модных брюках и ботинках. Если, конечно, не нужен был повод обновить гардероб.
К счастью, сапоги он с собой взял, втайне надеясь выкроить время на рыбалку — в близлежащем лимане, судя по рассказам, рыбы было столько, что за наживкой она выстраивалась в очередь. Имелись и подходящие случаю штаны, приобретенные в небольшой лавке в районе морского порта. Новинка из колоний привлекла внимание удобным покроем, приятным на ощупь материалом и немарким темно-синим цветом. Также он купил куртку и свитер — мысль о подобных одеяниях в аркадийской жаре вызывала ужас, но Карел в красках описал брату обитавших в Майердоле кровопийц-комаров, готовых сожрать путешественников заживо.
Кроме того, Карел на правах эксперта в подобных вылазках составил длинный и подробный список необходимого, посетовав, что все его имущество погибло при пожаре.
Еще утром Ференц побывал на железнодорожном вокзале, купил два билета до Майердола и уточнил расписание поездов. Но потом это безумное происшествие с Юлией, затем явление Пауля Герента…
Андрэ Бенар, заглянувший к ольтенцам после того, как проводил своего друга-полицейского, тоже был откровенен: «Мой друг сержант Синовац попросил передать вам кое-что…»