История из местной аномалии выходила изумительная. Проклятье поместья, поразившее молодого искателя приключений, тысячелетние сокровища, прекрасная дама.
Он перенес фотоаппарат на другое плечо и сосредоточил внимание на работе профессора.
Марк и старший из братьев Малло установили защиту вокруг усадьбы, чтобы не спровоцировать новый сбой в и без того шатком равновесии магического фона, а Джарвис, в своей обычной манере отмахнувшись от возражений, приготовился переводить отдачу. Собственно, львиную долю времени заняли именно приготовления. Солнце перевалило зенит, когда начались непосредственно манипуляции.
Часа в три пополудни Ференц объявил, что без обеда он больше не маг. По этому поводу решено было распотрошить корзину, и сегодня собранную заботливой хозяйкой. Увы, пообедать не получилось.
— Господа, у нас гости, — сказал Джарвис, указывая на спускающуюся с пригорка маленькую кавалькаду. — С ними маг, — добавил он. — Могу взять его на себя.
— Не стоит, — покачал головой Ференц. — С ними еще и Юлия. Возможно, они не имеют дурных намерений.
— Еще как имеют, — зло бросил Джарвис, рассмотрев непрошенных гостей получше. — Пауль Герент собственной персоной. Довилас, я беру на себя мага, а вы…
— Дядя, не надо, — Ференц положил ему руку на плечо, удерживая от необдуманных действий.
Андрэ на всякий случай отложил фотоаппарат в сторону и сунул руку в карман за револьвером. Карел поймал его взгляд и шепнул: «Второй есть?» — «Есть, но в селе остался», — так же тихо ответил репортер. — «Жаль, черт возьми», — вздохнул младший Малло и ослепительно улыбнулся спешившемуся Геренту. Тот подал руку Юлии, и через мгновение воцарилось очень неприятное молчание. Пауль стоял рядом с Юлией, сопровождающие его люди встали рядом, готовые стрелять по первому знаку. Маг отошел шага на два в сторону и демонстративно растопырил пальцы, на кончиках которых посверкивали магические разряды.
— Здравствуйте, господа! — чуть повысив голос, сказал Герент. — Прекрасный нынче день, не правда ли?
— Отпусти ее, — строго велел Джарвис. Тот качнул головой.
— Вы понимаете, господа, — сказал он, — я — человек далекий от магии и могу в любом невинном жесте заподозрить угрозу. Профессор, руки! Руки не прячьте, я сказал. Поверните их, чтобы я видел ладони. Тебя, Карл, это тоже касается. Спасибо. С госпожой Малло ничего не случится, если все проявят благоразумие.
Юлия Малло прикрыла глаза, мысленно прощупывая окружавшую её магию. Щиты людей Пауля она могла разбить сама, но дальше события в любом случае выйдут из-под её контроля, а жертв может быть неоправданно много. Она сосчитала до десяти и решила, что непременно найдет способ сбить спесь с Пауля Герента. Но немного позже.
— Господа, все, что мне нужно — это шкатулка барона Майера-Троффе. Она все еще в поместье. Господин Карел Малло, ваша ошибка извинительна, я вас не виню. Достаньте мне шкатулку — и мы в расчете. Даю слово.
— Пауль, — сказал Джарвис спокойно, даже с ленцой, — я тоже даю слово, что мы не будем атаковать, если ты отпустишь мою племянницу. Давай сядем вон там, в тенечке, и обсудим суть твоих претензий?
Пауль пристально взглянул в глаза старому магу, затем обвел взглядом всех противников и медленно кивнул. Юлия быстро отошла и спряталась за спины Ференца и дяди. Герент достал из кармана сверток.
— Вы одержимы, — с искренним восхищением сказал Карел Малло, когда на свет появилась шкатулка хана Менгу.
Новый осмотр шкатулки ничего не дал. На ней не нашлось ни единого магического следа. Тогда Карел предложил снова осмотреть подвал. «Для меня там уже ничего не представляет опасности, повторных проклятий не бывает», — сказал он. — «Да неужели?» — вздохнул профессор Довилас, и маги в полном составе — за исключением человека Герента — последовали за ним. Пауль удержал только госпожу Малло, а репортеру, порывавшемуся присоединиться к магам, остаться велел Джарвис.
Лошадям позволили немного отдохнуть. Бойцы Пауля тоже устроились неподалеку на травке, приняв мирный вид, а маг вертелся вокруг болота, как учуявшая след гончая, но подходить ближе не решался.
Сам господин Герент сидел на земле, подстелив куртку — Дженкинса, несомненно, хватил бы удар при виде такого обращения с одеждой — и казался полностью поглощенным собственными мыслями. Андрэ, закончивший упаковывать фотокамеру и все еще страдающий из-за невозможности спуститься в подвалы поместья и лично проследить за поисками реликвии, раздумывал, не воспользоваться ли тогда столь удачно подвернувшимся случаем взять интервью у самого опасного человека в Аркадии. Он даже начал составлять примерный список вопросов и сочинять вступление к разговору — учитывая «объект», слова следовало подбирать очень тщательно.