Может быть, поэтому отцу захотелось остаться здесь, на родине мамы, что до него, этого города, действительно никому нет дела? Может быть, это было связано с мамой, которая теперь здесь осталась навсегда, может быть, в напоминание о юности, которая отчасти прошла в этих местах? Может быть, красота здешних мест, река и луг, которые видны из окон нашего дома, после походов, поездок и передряг пришлись ему по душе? Может быть, ему захотелось тишины. Хоть и тревожной, мучительной, безнадёжной, но тишины. А может быть, из-за нас, и только из-за нас решил он остаться здесь.
Когда-то, во время серьёзных разговоров с отцом, мама говорила, что было бы лучше ему приобрести мирную профессию. «Какую мирную профессию, где я её возьму, да и какая профессия – мирная? – возражал он раздражённо. – Кем бы я мог быть? Чиновником, торгашом, бизнесменом, чёрт возьми?.. Или, может быть, юристом? Адвокатом бандитов, мать твою?..»
Эти разговоры нас пугали. Но на этом они, собственно, заканчивались. Отец заводился, а мама удалялась куда-нибудь на кухню, если разговор происходил в комнате, или в комнату, если разговор происходил на кухне.
Потом, когда он уезжал, она говорила, что до смерти устала от всего этого.
На другом конце нашего города, в противоположном от монастыря, самом зелёном и красивом районе, сохранилось каменное двухэтажное здание бывшей женской гимназии. Теперь здесь размещался технический колледж, бывшее ПТУ, в котором учились местные парни и девушки. Но поскольку учащихся парней и девушек становилось всё меньше, некоторые отделения закрылись, а часть здания пустовала.
Именно это здание облюбовал наш отец в качестве школы для девочек. И поделился с нами своими соображениями.
Окрылённый, он, кажется, получил новый стимул к жизни. И только мы, переглянувшись, пожали плечами. Через пару дней появились ещё люди, которых отец назвал соучредителями. Папка с документами постепенно приобретала солидный вид.
– Всё надо исправлять в этом мире, – говорил он. – И начинать надо вот с таких, казалось бы, простых вещей. Создания школы для девочек. И как я раньше об этом не догадывался! Этот мир испорчен безнадёжно. Мы пропадём, если ничего не будем делать.
– Папа, – немного иронично спорила с ним Кристина, – ты всегда говорил, что мир надо очищать от бандитов и негодяев.
– Да, конечно, – отвечал он. – От них тоже. Только от них землю не очистить. Никогда.
Через три дня после нашего разговора с дядей Витей отец заявил, что нужно придумать название для его необычной школы.
– Какое имя тебе больше всего нравится? – обратился он ко мне.
– Татьяна, – не раздумывая ответила я, потому что так звали маму, и другого имени мне на ум не могло прийти.
– Н-да, – промычал он разочарованно. – Нет, нет, не годится. Это слишком… как тебе сказать… банально… Надо что-то новое, неожиданное, и в то же время традиционное…
– Виктория, – говорит Катя. – Это – победа.
– Это хорошо. Но не то.
И он сказал через некоторое время, что назовёт школу для девочек «Жанна». Во-первых, потому, что имя это особое, благодатное, героическое; а во-вторых, Жанна д’Арк всегда была для него образцом героизма и самопожертвования, а также напоминанием о человеческой неблагодарности к тому, кто проявил это самопожертвование для спасения многих.
– Но ведь её сожгли, – с опаской заметила Катя.
– Да, верно, – задумчиво сказал он. – Кстати, и здесь, на территории старой усадьбы, когда-то была школа. И её сожгли крестьяне.
– Да не школу, папа, а Жанну д’Арк!.. – воскликнула с раздражением Катя.
– Да, знаю, – спокойно ответил он. – Аутодафе.
Он ездил по делам. Так, в те августовские дни, когда жизнь ещё идёт в ритме летних отпусков и каникул, он сумел договориться об аренде здания.
Когда мы узнали, что он убедил некоторых людей в городе в необходимости создания школы, мы решили, что это конец. Отца вот-вот заберут в психдиспансер.
Ничего этого не случилось. В городской администрации ему сказали, что если он возьмётся за это дело, то это хорошо, ещё одно образовательное учреждение в нашем городе не помешает, пусть собирает необходимые документы. Он нашёл спонсора. Он нашёл юриста, который согласился помочь подготовить устав и получить лицензию. Отца даже не спросили о том, о чём сразу спросили мы:
– Папа, откуда такое количество девочек в нашем городе для твоей школы? В неё никто не пойдёт.