– Отлично! Дом поставили больше и краше прежнего. Скрываться от людей теперь не надо. В деревне над головами ведьмы в ступах летают! Люди быстро смекнули, что к чему, и нынче проходу не дают. Там им помоги, здесь. Удои у коровушек увеличили. Приплод обеспечили. Дома поправили. Впрочем, довольны все. – Потёр руки Миша.
– Это до прихода инквизиторов, – хмуро заметил Лёха. Из Белгорода они сбежали в последний момент. Повезло. Ведьмаки оцепили город. Семь дней не умолкали крики сжигаемых заживо ведьм и волшебников. Блаженные заблокировали всякую возможность колдовать. – Скоро и сюда нагрянут. Не до веселья будет.
– Нам есть чем их встретить, – попытался я успокоить друга.
– А блаженные? Как с ними? – не поверил он. Волосы на висках пятнадцатилетнего парня поседели. Не представляю, через что ему пришлось пройти, чтобы миновать все кордоны и добраться до нас.
– Их сила не так велика, как может показаться. Чтобы пересилить магистра, надо не меньше сотни человек с этим проклятым даром. На архимага и тысячи будет мало.
– Как же тогда? – недоговорил он.
– Ты забываешь о ведьмаках и святых. У тех мощи хоть отбавляй. Блаженные же бесполезны против сильных магов.
– Магистр у нас всего один – ты. Не уверен, что мы справимся, – продолжал сомневаться Лёха.
– Успокойся, – хлопнул его по спине Миша. – Это земля Ворожейкиных! Все леса окрест, магические твари и духи подчиняются им. Мы проверили, – глянул он на меня искоса.
– Типа того, – подтвердил я. – Как-нибудь выстоим, Лёха. Бежать некуда. Везде теперь опасно.
– Да понимаю я, понимаю, – отмахнулся он. – За родителей беспокоюсь. Не обращайте внимания, – отвернул он голову в сторону. Мы с Мишей переглянулись.
– Вот ты где?! – Выбежала на нашу полянку мелюзга во главе со Смеяной. – Ты обещал! – Обвинительно указала она на меня пальчиком.
– Помню, – закатил я глаза к небу. – Идём, – повёл я их в лес.
Как мне этого не хватало – дышал я полной грудью, нагибаясь за грибами и ягодами, закидывая их в корзинки девчонок – ровесниц Смеяны. Парни справлялись своими силами. Мишка с Лёхой тоже пошли, за компанию. И угораздило же меня дать обещание этой егозе показать настоящий лес! Все его красоты и секреты. Вот и бродим уже какой час.
– А это что? А это? А это? – закидали они меня вопросами. Гулять одному куда приятнее.
– Жимолость. Голубика. Дикий щавель, – терпеливо отвечал я на их вопросы. Теперь и у нас под боком царит вечное лето. Идол Радогоста тому виной. Всё больше и больше силы исходит от него. Хозяин же леса не будь дурак – вкладывает её в поросль под ногами, расширяя свои владения и созывая зверей дивных под своды своего дома. Погоду регулирует по своему желанию. Кто теперь только здесь ни живёт!
– Ой! – Провалилась в норку зайца нога Смеяны. Она упала и заплакала.
– Тише, тише. Сейчас, – вынул я её ножку и проверил, ощупав. – Всё в порядке. Ну, успокойся, – гладил я её по головке, пока она не перестала хлюпать носом.
– Больно было… – пожаловалась она, осторожно подрыгав пальчиками на ноге.
– Нужно быть осторожней, – щёлкнул я её по покрасневшему носу пальцем.
– Ах, ты! – Закрыла она носик руками и стала гоняться за мной по полянке и кидаться ветками и шишками. Подружки её поддержали, побросав корзинки, полные даров леса. Поймав меня и повалив в траву, они так меня защекотали, что пришлось капитулировать.
– Сдаюсь, сдаюсь, ха-ха-ха-ха, – не мог я перестать смеяться. – Сдаюсь! – Брыкался я изо всех сил.
– Будешь теперь знать! – Показала мне язык Смеяна, вставая.
В этот момент, привлеченные смехом, на поляну вышли единороги, залив всё вокруг светом. Стало ещё теплей. Там, где они ступали, распускались цветы, наливались соком ягоды и оживала пожухшая трава.
– Ух ты! – Обалдели девчонки с мальчишками, глядя на них. Задействовав свои чувства, я понял, что пришли они не сами. Хозяин леса попросил, решив порадовать детей и меня. Но даже так – они не вышли бы, если б среди нас был тот, кто не чист душой и телом.
– Не бойтесь. Подойдите к ним ближе, – подтолкнул я детей в спину.
Жеребята жалобно заржали и спрятались за спину мамы с папой, что настороженно смотрели на ребят. Впрочем, ничего страшного не случилось, подпустили они их к себе, дав погладить. Проводишь рукой по шерсти, а на землю падают искорки, что превращаются в полёте в серебро.
– Идём, – мягко увёл я прибалдевших детишек. Хватит с них на сегодня. Волосы уже дыбом стоят. Переполнены магией, забрали мы корзинки и отправились в поместье, разводить ребят по домам.
– Стоп! – остановил я расшумевшихся детей. – Пропустим крапчика. Хорошо?