– Ещё немного пройдём и остановимся на привал, – успокаивал всех профессор. Чемоданы были отброшены в сторону. Пришлось мне нести их телекинезом, что нещадно выматывало. Я весь переплевался, грозясь выкинуть их к чертям прямо в пропасть.
– Ой! – вскрикнула и заплакала Журавушка, оступившись на камне и подвернув ногу. К ней подскочили учительница и профессор. На пару наложили целительское заклятие, окутав её ножку зелёным маревом, и попросили кого-нибудь помочь ей дойти. Дать опереться на себя. Желающих не было, что понятно. Все были вымотаны. Ноги гудели. Все проходили мимо неё, не поднимая головы и сосредоточившись на дороге.
Только я заметил, с какой мольбой она смотрит на окружающих. Молча приблизившись к ней, под ещё один её вскрик взял малышку на руки и понёс вперёд, не обращая внимания на выкрики одноклассниц, вроде тили-тили тесто. Больше всех надрывалась полурусалка Наташа.
– Спасибо, – поблагодарила Журавушка меня. – Но это не значит, что я лягу с тобой в один спальник! – Тут же добавила она, фыркнув.
– Э-э-э… Ладно, – смутился я, отведя от неё взгляд. Помотал головой, попытавшись стряхнуть пот со лба, но он прилип. Тогда милашка на руках смущенно достала из сарафанчика платок и стала протирать мне лоб. Так мы и шли…
– Воздух!!! – в страхе выкрикнул мальчишеский голос в середине строя. Я резко присел и накрыл нас щитом, оглядывая небо. Несколько раз прогремел гром, пустил с руки в облака пучок молний профессор, ударив по площади. Дьяки окружили Елену и Забаву, защищая их. Все оглядывались, ища угрозу.
– Эм-м-м… Серёжка Налётов воздух испортил, – смущённо признался всё тот же голос в напряжённой тишине.
Глава 27
Чудь белоглазая или дивьи люди. Продолжение
– Я валюсь с ног, – жаловался мне Лёха в полной темноте. Мы всё ещё шли, а пещеры, которую вот-вот обещал профессор, всё нет и нет.
Жаловался не один он. Вся наша группа валилась с ног. Падала, вставала и шла дальше. Оставаться на ночевку прямо здесь опасно. По пути мы встретили знаки – предупреждения. А если точнее – человеческие головы, вколоченные в скалы. Это территория сикомэ, и они не потерпят на ней чужаков.
Профессор, учителя и дьяки гнали нас вперёд, постоянно оглядываясь и вздрагивая от любого шороха. Их нервное поведение передалось и нам.
– Больше ни в жизнь… – сипел рядом со мной Миша, как и я, тащивший на руках девушку. Свою невесту – Бояну, что периодически одаривала его живительными поцелуями, дарующими заряд бодрости.
– Может?.. – Кивнул я на них Журавушке, лукаво подмигнув.
– Бабник! – Ударила она меня локтем в живот, после чего стёрла мой трудовой пот и стала грозиться, что расскажет о моём поведении Елене.
Девушки идти дальше не могли, поэтому были созданы волокуши, на которых их тащили парни. На удивление они молчали, а не отпускали колкие замечания, вроде того, что Гене надо пузико убрать, а Серёге мышцу подкачать. Смирно сидели и растирали гудящие ноги, недобро поглядывая на профессора. Боюсь, после экспедиции ему придётся пройти полный курс избавления от проклятий, которых он наловил в походе и ещё наловит – целую кучу.
– Вижу! Вижу! – вскричал наш вперёдсмотрящий, что недавно кричал воздух, за что и получил люлей по самое не балуйся.
– Дошли, – приподнялся я на цыпочках, взглянув, куда он указывал. Там чернел зев пещеры, откуда и начнётся наш поиск чуди белоглазой.
– Как хорошо, – зажмурилась от удовольствия Журавушка, стоило нам пройти внутрь и зажечь факелы, освещая пространство вокруг. Внутри было градусов на десять меньше, чем снаружи. Прохлада шла из глубин этого мрачноватого грота, из потолка которого торчали сталактиты – сосульки из лавы или камня. Я задрал голову, после чего вжал её в плечи.
– Упадёт такая, и нам кирдык, – заметил Лёха, проследив за моим взглядом и утирая пот. С его рук слезла полурусалка, быстро чмокнувшая его в щёчку и убежавшая к подружкам. Он очумело поднял руку и дотронулся до того места, куда пришелся поцелуй, не веря, что это произошло.
– Это да… – Прошли мы дальше, к старому кострищу, которое разжёг профессор. По стенам заплясали тени. Разговоры создавали эхо, что возвращалось к нам и пугало до усрачки.
Прозвучала такая сладкая команда – спать, которую все поняли буквально и повалились там, где стояли, засопев.
– Эй, вы чего?! – Оглядывал я друзей, что уже не слышали меня, а видели первый сон. Бодрствовала только пара дьяков, если это можно так назвать. Уселись ближе к костру и клевали носом.