Внизу разговаривали. Спуститься не было возможности, и приходилось ждать. У меня не было желания афишировать своё на удивление скорое освобождение, и потому я, рассудив, что Рыжий долго ещё пробудет в отключке, на досуге решила полюбопытствовать - что за книги читает хозяин этого гнёздышка. Одна из книг лежала на краешке стола. Это оказался толстенный том "Теории Государства" местного политолога Джонсона. Я знала Джонсона лично. Вот уж кто на самом деле революционер до мозга и костей. Он готов был менять любой политический режим, неважно, хороший или не очень. В Секторах Джонсон скучал. Совет, почётным членом которого он являлся, не имел влияния на Магистрат. Джонсону нечего было переворачивать с ног на голову. Впрочем, он вполне компенсировал свою скуку в Секторах бурной политической деятельностью за их пределами. Благодаря его стараниям два сопредельных государства уже перешли от монархии к республике, а одно даже обратно. Теория Джонсона была чертовски увлекательна, и я с удовольствием прочитала несколько страниц, ожидая, пока стихнет болтовня за окном.
Когда я уже собиралась поставить том на полку, из книги вдруг выпало какое-то письмо. Я очень заинтересовалась. Вообще-то я предпочитаю не читать чужих писем, но… Короче говоря, у меня нет оправданий. Просто это письмо я прочла. В конце концов, разбойники тоже вмешались в мою личную жизнь самым кардинальным образом. Письмо было следующего содержания:
Мой любезный друг,
Получил твоё послание буквально на днях. Согласен с твоим решением переменить место жительства. Должен огорчить тебя. В Секторах ничего не изменилось со времёни нашего последнего разговора - ты по-прежнему в немилости у Пресветлых Магистров. Спешу также сообщить, что седьмой Магистр давно уже точит на тебя зуб, но сейчас у него столько дел, что некогда отвлекаться на различные мелочи. И всё же настоятельно рекомендую немедленно что-то предпринять. В противном же случае Магистрат вскоре до тебя доберётся, и не поможет даже моё покровительство. Я надеюсь, что эти магические безделушки, честно отвоёванные тобою у миролюбивых купцов, ещё не перевелись у тебя в кладовых. Я готов помочь тебе скрыть их от нашего Магистрата. Надеюсь, с моей помощью тебе удастся избежать суда, хотя, мне кажется, что Дениэл уже знает о том, откуда в Секторах появляются опасные артефакты. Поэтому скоро на вас натравят ещё одну ищейку. На этот раз Магистры не просчитаются и найдут профессионала. Есть сведения, что этот профессионал маскируется совершенно потрясающе. Будь начеку, и, пожалуй, не церемонься. Раскусить этот орешек будет нелегко. Не рассчитывай на магию, у нового эмиссара, по моим расчётам, должны быть способности иного рода.
P.S.: Итак, мы все заинтересованы в положительном исходе. Ты знаешь, что я не бескорыстен и за свою помощь возьму большую плату. Но у меня есть несколько здравых идей, так что советую этой помощью воспользоваться. И запомни, мой мальчик, если об этой переписке узнают в Магистрате, то ты тут же станешь ходячей мишенью.
Жди меня в среду. Надеюсь, мы найдём общий язык.
Старый Лис
Я прикинула, что если письмо получено недавно, то речь идёт о завтрашнем дне. Это меня чрезвычайно заинтересовало. До сих пор я даже представить себе не могла, что в Секторах возможна тайная торговля талисманами. Точнее артефактами. Талисман - это любой предмет, заряженный магией. Артефакт - понятие более узкое, оно подразумевает мощнейший амулет, иногда нерукотворный, наделенный зачатками воли и, как правило, сам выбирающий себе хозяина. Вот значит, зачем Пират в Секторах. Тут он находит клиентов. Конечно, где, как ни здесь, в мире, пропитанном волшебством, могут затеряться люди, способные дать хорошую цену за магический артефакт. Хмм… А кто же этот Старый Лис? Если верно то, что говорит автор письма о занятости Дениэла, то не исключено, что этот человек может стать реальной угрозой для Школы. Я решила, что об этой грамотной лисице стоит как можно скорее сообщить Магистрам, а потому решила немедля бежать.
Утро в Секторах и в их окрестностях - понятие относительное. Когда я соизволила вылезти из дупла, в лагере как раз протрубили подъём. Но Луна висела практически на том же месте. Кто-то слушал по радио "Пионерскую зорьку". Дежурные пытались приготовить нечто съедобное. Подручным материалом им служили, по-видимому, подошвы, судя по "лестным" отзывам о качестве приготовленных блюд. Пришлось дожидаться, когда скандал утихнет. Чтобы не терять драгоценное время даром, я попыталась подготовиться к отъезду. Разбойники расползлись по разным уголкам лагеря и мирно занимались своими делами: чистили оружие, кормили лошадей, упражнялись в фехтовании. Я выпрыгнула на улицу и короткими перебежками направилась к конюшне. Бедный мой конь, сытый и довольный, одиноко стоял в стойле и уже строил глазки какой-то симпатичной лошадке, пристроившейся как раз напротив. Я спасла кобылу от пылких взоров своего любимца. Тот фыркнул, но спорить со мной не стал. Я вывела скакуна на поляну, взлетела в седло и тронулась в путь. Следовало скрыться от наблюдателей (как хорошо, что я знала, где посты), а потому я тут же свернула в лес.
Как я предполагала, Пират должен был отправить погоню. Вопрос лишь в том, когда они обнаружат Рыжего. Впрочем, я так качественно его связала…
Уехать мне удалось недалеко. В погоню за стратегически важной пленницей глава разбойников отправился лично. Надо признать, он оказался сообразительней, чем я думала. Оперативный малый…
Пират встретил меня ехидным взглядом и не менее ехидным вопросом.
– Куда-то собрались, сударыня? - поинтересовался он.
– Решила совершить прогулку верхом, - невинно ответила я, как и полагается в подобной ситуации.
– Уж не к Магистрам ли Вы отправились? - продолжил он тем же тоном.
По-моему, он мне не поверил.
Я сделала вид, что разозлилась, подъехала к Пирату поближе и высокомерно заявила.
– Мне следовало бы, пожалуй, рассказать Магистрам о Вашем гостеприимстве.
– Чтобы Вы этого не сделали впредь, сударыня, мне придётся, заключить Вас под стражу на время.
Не могу сказать, что он меня ошарашил. В лагерь я вернулась верхом на его скакуне, с вновь связанными (на сей раз очень качественно) руками и отчаянным взглядом. Необходимо было срочно предпринять какие-то решительные шаги по освобождению. Но мне не дали. Моя новая тюрьма охранялась лучше предыдущей, и находилась в самом людном месте. В довершение всего, меня надёжно привязали. Даже уроки Алана мне не помогли. Распутать эти узлы было решительно невозможно.
Да, разбойники больше не церемонились. Побег в такой ситуации был совершенно немыслим, и я решила наслаждаться каждой минутой нежданного отдыха. Десять минут я пыталась уснуть, но как только я задремала, пришёл мой рыжий знакомый. Я решила, что он меня сразу отправит к праотцам, но оказалось, что он всего лишь хочет услышать от меня предсмертную исповедь. В течение получаса я честно отвечала на его вопросы. Сообщила совершенно откровенно, что думаю о каждом из разбойников в отдельности и о всей группе в целом, а также об их матерях, отцах, бабушках и так далее. Потом подробно изложила план своих действий в случае побега, очень, на мой взгляд, живописно описав гильотину, ожидавшую одного рыжего индивидуума и его негодяя-начальника. Но Рыжего не так легко было пронять. Он сообщил, что найдёт способ развязать мне язык, и вытащил нож, вернувшийся к владельцу после моего "ареста". Я зажмурилась и прикусила губу. В комнату в этот момент вошёл Пират.
– Я же приказал не трогать её! - гневно воскликнул он.
Рыжий слегка оторопел.
– Я её и пальцем не тронул, - робко начал он. Я не дала ему договорить.
– Тронул! - заявила я с полной уверенностью. - Он собирался меня зарезать.
Побольше наглости, господа! Людям это нравится!
– Да, сударыня, для Вас это была бы слишком лёгкая смерть, - отрезал Пират. - До приезда Фокса чтобы ни один волос с её головы не упал! - приказал он и удалился.
Я поняла, что этот Фокс будет последним человеком, которого я увижу в этой жизни, поэтому мне не очень хотелось с ним знакомиться. Но пришлось. Вскоре в каморку, где меня содержали, посетили высокие гости. Фокс заметно выделялся из всей этой разношерстной компании.