Глава 1
Ветки. Тут всюду были еловые ветки и паутина. Пахло хвоей и мокрым лесом, как будто после дождя. Птицы напевали свои мотивы. Продираться через лес было нетрудно, но отчего-то скорость прогулки не увеличивалась, несмотря на желание поспешить. Особо мохнатые ветки приходилось убирать обеими руками со своего пути, а те что помельче норовили шлёпнуть по лицу.
Наконец, впереди показалась открытая небольшая поляна, в центре которой стоял дом. После тенистых деревьев глаза слепило от яркого солнца, который заливал поляну и отражался от тусклых оконных стекол.
Старая посеревшая калитка не скрипела. Она глухо ударилась о деревянную опору. У дома на грядках цвели люпины и васильки. Странный выбор.
На контрасте с калиткой дом, казался, новым. Деревянные балки были приятного темно-коричневого цвета. Дверь оказалась не заперта, она с легкостью отворилась, впуская гостя. Внутри деревянного дома стоял запах трав и сдобы. Было тихо. Из окон лился настолько яркий свет, что казалось, будто дом сделан из стекла. Хотя окна его с деревянными рамами были маленькими. Достаточно уютно. И ощущение такое… что тут всегда ждут, сколько бы времени неприкаянный гость не пропадал вдали отсюда. И сам гость всегда готов был ждать здесь кого-то.
Вдруг за спиной гулко хлопнула дверь.
Девушка резко распахнула глаза.
Парта тихо гудела. Старые лампы тоже. Над доской мигали мелкие лампочки.
«Сон», - печально подумала девушка.
Что-то непонятно вещал учитель. За открытым настежь окном плыли неспешно большие белые облака. Из них можно было лепить скульптуры. Перебирал листья берёз на аллее ветер.
Сосед по парте играл в планшете, не слишком удачно прикрывшись потрёпанным учебником естествознания.
Тася лежала головой на последней парте и, отходя ото сна, мечтала о том, чтобы всё поскорее закончилось. Под «всё» она, конечно же, понимала школьное образование, на которое уходили куча нервов и сил. Родительских нервов, по большей части.
Жутко чесалась талия и болел живот. Их серая школьная форма из дешевой плотной синтетики натирала бока. А тасина юбка ей же была предусмотрительно подшита в талии на пару сантиметров. Теперь она сильно жалела об этом решении.
- Э, Шишкина, чё за тема сейчас? - отвлёк от оконных грёз и невесёлых размышлений голос соседа по парте.
- Третий раздел в учебнике, - девушка успела посмотреть наискосок, где на парте впереди одноклассник увлеченно списывал тезисы с учебника, - а что?
- Похоже, Руфа спрашивать начала.
Руфа – прозвище учительницы от полного имени Руфины. В силу своего возраста и опыта она заслужила уважение в преподавательском составе, а благодаря содержанию большинства уроков – насмешки учеников. У Руфы был замечательный талант рассказать истории из своей жизни с лирическими отступлениями на бытовую философию вместо учебного материала. Надо отдать старушке должное, она почти никогда не повторялась: ее истории постоянно обрастали новыми деталями и подробностями. Но, к сожалению, школьный учебный план всех заставлял сидеть в кабинете пару раз в неделю и тратить время на бессмысленную болтовню.
- А?! – окончательно проснулась девушка. – Спрашивает?!
И правда, класс по очереди начал отвечать, не особо бодро. Тася всегда была рада, что фамилия ее неизменно находилась самой последней в списке.
- Марина, что надо делать? - она почесала плечо у впередисидящей девушки.
- Третий вопрос в конце, – ответили ей, - не мешайте мне решать. Если сделаю быстро, дам списать.
- Она же физику спрашивает! - услышала Тася вопросы Руфы. – Я ничего не знаю.
- Сейчас решу, погоди. – обнадёжил ее Илья.
Взаимовыгодное сотрудничество с соседом по парте работало идеально. Обмен домашнего задания по истории на задание по естествознанию давал свои плоды в виде отличных оценок у обеих сторон. Иногда Тасе помогала Марина, когда они с Ильей менялись местами. Но сотрудничество с Мариной было больше похоже на благотворительность. С её стороны.
Прозвенел звонок. Все неспешно стали собираться.
- Эх… - вздохнула Тася, засовывая тонкую тетрадку между страницами учебника. – Ненавижу их.
- Кого? – лениво спросил Илья, потягиваясь и вставая со стула.
Марина с Тасей переглянулись. Друг друга они поняли.