- Я не хочу в школу, - сказала Катя. – Меня трясет от одной только мысли, что я опять стою у доски.
- Так и не иди, - поддержал Андрей.
- А деньги откуда брать будем? – спросила Катя. – Платить за квартиру, собирать на свою…
- Так мы найдем тебе другую работу, переводчиком. Не гарантирую, что там будет лучше, но ты хотя бы сменишь обстановку.
- В нашем Дистлово только переводчики и нужны, - ответила Катя. Она произнесла это грустно и до неузнаваемости понизила голос.
Андрей сразу вспомнил, что обычно многие психологи говорят о профессиональном выгорании учителей. Ходить на работу нет сил, производительности никакой, равно как и толку от мнимых стараний. Такие же симптомы он увидел у своей молодой жены.
- Мы найдем тебе любую работу. Выберем из того, что нравится, - уверенно сказал Андрей.
Так и произошло, Катя уволилась из школы за неделю до начала учебного года и буквально сразу же, забрав трудовую, почувствовала такую легкость тела и души, которую не испытывала очень давно, даже находясь в отпуске. Под неодобрительные сплетни коллег и удивленные взгляды администрации она пошла устраиваться в бухгалтерию, точнее, в отдел кадров одного из крупных частных предприятий города.
А для завхоза школы лето прошло так же, как и предыдущие десять лет работы.
Таня
ТАНЯ
У Андрея была спокойная и беззаботная семейная жизнь. Из Миргалиево он никуда не ушел, поэтому и дела его шли по-старому. Его главным желанием было доработать до закрытия школы, которое сейчас уже не казалось таким далеким. У них с Катей двое детей: мальчик и девочка. Жена Андрея успела снова вернуться на работу из очередного декрета. Главным образом из-за того, что нужно было подсобить с деньгами.
На следующий год произошло событие, которое Андрей вспоминает до сих пор: Таня Карасева выиграла республиканскую олимпиаду по обществоведению.
С начала того памятного учебного года Таня примерно месяц не разговаривала с Андреем Васильевичем. В ее голосе чувствовались стальные ноты, которые могут быть только в вынужденном общении злейших врагов. В мечтах влюбленной Тани Андрей должен был оставаться холостым. Еще в сентябре Андрей решился на откровенный диалог, который должен был помочь избежать кривотолков и расставить все акценты в их работе.
- Любовь творит чудеса! – говорил Андрей.
Он сразу открыл все карты и не стал ничего таить.
- Таня, я знаю, что ты ко мне не равнодушна, поэтому ты принесешь мне эту победу, -слова Андрея звучали именно так, как он хотел. При этом он бросил на нее мимолетный взгляд, в надежде, что теперь уже все, отступать некуда, все либо наладится само собой, либо рухнет в одночасье и она убежит.
Таня молча уставилась на него и не смогла сказать ни слова. Губы пересохли, а голова была напичкана дюжиной вертолетных пропеллеров. Молчание для Андрея показалось вечностью, и он продолжил говорить.
- Ты будешь готовиться по новой для тебя системе. Помимо каждодневной работы по предмету тебе предстоит еще и отказаться от подготовки по другим. В университет поступишь по олимпиаде, а так как ты идешь на медаль, ни один учитель не посмеет тебе поставить низкую оценку.
- Но я же не могу на все забить! – перебила его Таня, и тут же сама осеклась - может. Она точно на все забьет.
Дома, после очередного тяжелого школьного дня Женя, мама Тани, не переставала беспокоиться за состояние дочери.
- Что с тобой, милая? – как можно нежнее спросила она.
- Ничего. Ничего, мама… - ответила Таня и тихо заплакала.
Весь этот вечер она рассказывала маме о том, как сильно влюблена в Андрея Васильевича, как была огорчена его свадьбой и о том, что он ей предложил.
Мама терпеливо слушала дочурку, хоть давалось ей это с трудом. Она была сама не своя от ярости. Ей хотелось бросится к телефону, позвонить директору, классному руководителю, пожаловаться в Министерство и даже лично обозвать этого учителя. Слава Богу, думала потом она, что это состояние продлилось недолго. Она вдруг все взвесила и решила, что учитель, какими бы циничными ни были его методы, прав. Таня действительно ничего не потеряет, если не будет знать чуть больше химии за одиннадцатый класс.
-Ничего тут страшного нет, – сказала дочери Евгения. -А то что любишь учителя, так это ни ты первая, ни ты последняя. Хорошо, что так закончилось…