Лаврентий Михайлович не боялся, но представлял дальнейшую жизнь лишенной смысла.
- Так может мне и к тебе больше не ходить? А, Валя? – спросил он.
- И не ходи, с меня не убудет.
Изрядно постаревшее, морщинистое лицо Вали сверкнуло непонятным и новым ему выражением. В нем он увидел не то ехидство, не то радость торжества, а еще пустоту и отрешенность. Все это несложно определить в мимолетной мимике человека. Честно, пробрало до дрожи. Бояться не стал, сославшись на легкое похмелье. Но и начистоту заговорить он не решился: «Ладно, как я могу не ходить, у тебя ж кроме меня никого нет, кто тебя смотреть-то будет?»
- Ох, смотрун на выходные нашелся, сиделка! – завопила она. -Если бы на твою милость надеялась, давно бы издохла тут.
- А на чью милость тогда надеешься? – ближе к сути, но все-равно не то, что хотел сказать профессор.
- На добрых людей, которые мне помогают каждый день.
Смысла общаться дальше он не видел. К тому же в голове созрел план, следуя которому можно удовлетворить свое любопытство. Он пообещал, что завтра не придет, хоть и мог бы, потому что воскресенье.
- Приду через неделю. Если что срочное - позвони мне домой.
- Валяй. Получку не пропей, а то опять будешь целый месяц побираться.
Тяжело дыша, профессор вышел и стал тщательно все обдумывать. Ему срочно нужно было прийти в себя и подышать свежим воздухом. Завтра он поедет в город, но торговать не будет. Он весь день будет следить за домом, квартирой и самой Валей. Такой план представлялся ему идеальным развлечением. Не зря же он в армии был разведчиком.
От желания собрать информацию профессор приободрился, но вот что делать с этой информацией, пока не решил. «Зависит от информации, профессор!» – сказал он сам себе. Да, он все еще профессор и раз почти никто его уже так не называет, то почему бы самостоятельно не напоминать об этом.
Возле дома Вали стояла крытая беседка с поликарбонатным верхом. Именно такая, в которой, когда холодно – холоднее, когда жарко – жара невыносимая. Так вот, было холодно, но не настолько, чтобы не просидеть в ней полдня. Именно столько времени, как ему казалось, будет достаточно. В конце концов, не зря же он «закаляется» за прилавком каждые выходные.
Квартира Вали была на пятом этаже, обзор из окон неплохой, но беседка находилась в стороне, и увидеть ее из окна было невозможно. Подъезд также уходил немного влево от беседки, да так, что редко кому вообще вздумается смотреть в ее сторону. Словом, место отличное и безопасное, хоть и холодное.
К холоду он неплохо приготовился. С собой был термос чая и овсяное печенье. В легкой сумочке, которую он носил через плечо, лежал блокнот и карандаши, а еще гордость его разведывательной операции – бинокль. Зачем он ему, не знал и сам профессор. Лежал дома, вот и взял, авось пригодится!
Наблюдать за подъездом и наблюдать за Валей – это совершенно разные вещи. В подъезд заходят и выходят разные люди и не факт, что они могут быть как-то связаны с ней. Но торопиться он не будет, зачем. Для начала нужно просто осмотреться.
Трудно сказать, что именно хотел узнать профессор, когда сидел в холодной беседке, но в его душе было предчувствие. Точнее два. Если Валя здорова и у нее нет рака, она может показаться на улице и тогда многое станет ясно. Второе предчувствие касалось его дочери. Валя как-то нервно реагирует на его упоминания о ней, поэтому не исключено, что они поддерживают общение. «Фантастика, конечно, но раз мне это интересно, с меня не убудет».
Он так и просидел весь день. Все-таки, не так плохо ему там было с чаем и печеньками. Буквально до последнего автобуса в Миргалиево он надеялся увидеть что-то стоящее. Но и на автобус нужно попасть, если, конечно, он не хочет ночевать с городскими бомжами на помойке. Ночевать на помойке, или в беседке профессор не хотел. Он спешно закинул на плечо сумку, надел рукавицы и, доедая последнюю печенку, двинулся в путь. Обходя подъезд немного издали, он постоянно оборачивался, не желая упустить важную деталь или событие. События не случилось, а вот деталь была – из подъезда Вали вышел плотный мужчина, средних лет. Ничего необычного: люди весь день сновали туда-сюда и профессор их всех запомнил. Этого мужчину он сегодня не видел, что значило одно: он тут жил и лишь в конце дня впервые покидает квартиру.