- Прошу вас, прошу, пожалуйста, позаботьтесь о Зайке. Она ни в чем не виновата. Это все я. Я перешел границу. Я собирал травы. Прошу, она ни в чем не виновата, – вдруг взвыл тэр Сивон.
- О чем это он? – удивился Вал.
- Видимо, делает признание, что он здесь незаконно, - пожала я плечами.
- И что будем делать?
- Я владыке Фарху написала. Целитель Парт давно искал себе травника в помощь для деда Орга. Если мастер одобрит, то пристроим их в надежные руки.
Брат усмехнулся и, затушив костер, помог тэру Сивону подняться. Кажется, тот плохо соображал, то начинал плакать, то нервно смеяться. Немного затих, когда мы стали собирать игрушки для Зайки и вытаскивать мешки с травами из палатки. Я напоила его укрепляющим отваром и открыла портал.
- С Зайкой все хорошо? - ухватив меня за руку, спросил он.
Я только кивнула и указала на ту сторону портала, где немного размыто голубым маревом виднелась маленькая девчушка. Отмытая, причесанная, переодетая в теплое платьице и башмачки, она с нетерпением прыгала в ожидании своего отца.
Видя их встречу, заметила, как утирает слезы Гия. Как брат с улыбкой смотрит на них, но у него улыбались только губы, в глазах стояла боль, боль прошлого, боль его личной потери.
Я решила, что не буду ждать и уже сегодня ночью попрошу И-ваня отвести меня к Хартане, не хочу больше скрывать от братьев, что их отец жив.
Глава 11
Зима наконец-то порадовала первым снегом, укрывая все белым покрывалом, и дарила землям законников покой и тишину. Нечисть снег не любила, укрывалась на это время в глубоких норах или впадала в спячку, зарываясь прямо в землю.
Отступники тоже редко рисковали появляться зимой. Следы на снегу были очень хорошо видны, а применять к ним магию без возможности ее окупить, никто не хотел. Так что Зима и ее снег давали небольшую передышку в извечном противостоянии магических сил и закона.
Для стражников это была возможность отдыха, переоценки прожитого года, подведения итогов и разработки новых планов защиты, отслеживания и противоборства с нечистью.
Ученики школы теперь больше времени проводили за партами, хотя отработку боевки и тренировку на полосе препятствий никто не отменял.
Я проснулась рано утром, девчонки еще спали, а волна чистой энергии приходила только с рассветом. Волна тоже зимой менялась, становилась более рассеянной, но не менее сильной.
Меня же одолевали вопросы, на которые не было ответов. Как рассказать братьям об отце? Как помочь Гие? Как вообще относиться к отступникам, если среди них такие, как Зайка и ее папа?
При слове «Отступник» перед глазами вставал Илиас и его команда. Рисрок со своими помощниками свинозаврами, демон с его подношениями. Вспоминая демона, понимала, что не сильно его боялась или ненавидела. Просто он был одним из тех, кто наблюдал за Аром и не пытался ему помочь. Он вроде бы и не издевался над драконом, но, тем не менее, не мешал это делать другим. Уделяя больше внимание себе и своим целям. От чего казался еще опасней, так как жажда наживы никогда не ослепляла его проницательный и холодный ум.
И вот на их фоне появляются Гия, Зайка, тэр Сивон. Люди, больше желающие выжить и сберечь свои семьи, чем получить выгоду.
Взять, например, травника. После смерти жены, он продал все свое имущество и на вырученные деньги купил кристалл портального прыжка и еду. Нанялся к отступникам сборщиком целебных трав, настояв, что дочка поедет с ним. Ради его дара главарь согласился, но, когда отступники перенесли их на место сбора трав, на земли законников, тэр Сивон тут же сбежал.
Всю весну и осень они прожили в лесу. Собирая целебные травы, строили планы, что ближе к зиме смогут уйти в город. Тэр Сивон верил что продав товар, спокойно наладит свою жизнь. Вроде бы умный мужчина, но абсолютно не готовый к жизни с маленьким ребенком. Задерживаясь в лесу, даже не подумал, что они будут есть, когда грибы и ягоды закончатся, а про одежду – вообще молчу.
Разбирая травы и слушая Мирха, я обратила внимание, что тэр Сивон очень бережно относился к природе, - брал столько, чтобы растение могло быстро восстановиться и не погибнуть.
Пребывание в темной аномалии, голод и стресс сильно подкосили его, но когда мы перешагнули портал…
Визг Зайки заложил уши у всех присутствующих. Тот, только увидев ее, рухнул на колени и протянул руки к дочери. Она бросилась к отцу. «Родненький», «Любименький» слышалось между ее чмоками в худые, залитые слезами, щеки мужчины.