Весь этот совет – попытка показать мне, что нельзя идти против драконов. Даже если ты наследница. Мирх много мне рассказал, про планы и ловушки некоторых драконов. Меня коробило, что многие, уважаемые драконы так легко попадаются в них. Вздохнув несколько раз, привела свои чувства в порядок. Надо просто выдержать это судилище, а потом…
А потом посмотрим, кто проявит себя, что-то подсказывает мне что это только начало.
Глава 17
- В связи с несанкционированным вмешательством в земли отступников был собран совет старших стражей, чтобы озвучить приговор нарушителям, – громко начал владыка Ион.
- Возражаю! - Я смотрела прямо в глаза владыки и тут же ощутила его давление властью. Вот только мой дар сдаваться не собирался, слишком много было поставлено на кон. Беловолосый раздраженно дернул бровью. Явно не ожидал, что такая, как я, сможет выдержать давление.
- Возражаете? Хотите сказать, что вмешательства не было?
- Вмешательство было, но полностью санкционированное и одобренное.
- Да, есть бумаги, подтверждающие запрос на спасение семьи отступников, но на данный момент у нас в наличии двенадцать человек! Изъятие семи лишних детей ставит под угрозу мирные времена между землями законников и отступников!
- Вы собираетесь покаяться перед отступниками, что мы забрали этих детей? – спросила я.
- Девчонка! Как смеешь дерзить владыке! – вскочил попугай.
- Я к тому, почтенный владыка, что отступники не имеют ни малейшей причины предъявлять какие-либо претензии о вмешательстве, – смерив холодным взглядом вскочившего дракона, я посмотрела прямо в глаза владыки Иона.
Черноволосый, мрачный дракон рядом с ним зашевелился, махнул рукой, отправляя какое-то сообщение и, перехватив моё внимание, спокойно спросил:
- Объясните, с чего такая уверенность?
- Наши следы физического и магического плана стерты. По всем поисковикам магических артефактов отступников будет считываться информация, что двуликие пробудили источники своих даров и вырвались на свободу. И были рассеяны в связи со своей молодостью и истощённостью. Единственным оставшимся в живых был медведь, который, используя маг возмущения, смог покинуть свою клетку и вырваться на свободу. Он сбежал, его следы тянутся до границы королевства.
- Это еще доказать надо! – Возмутился попугай.
- Отступникам это надо будет опровергнуть. Думаете, у них есть такие возможности? – холодно заметила я.
- Думать здесь будем мы, – сухо заметил Ион. – Стражница, вы были тем человеком, что подали заявку на сбор и переселение семьи Бэя. Но мальчик утверждает, что ни о чем вас не просил. Можете объяснить, с чего появилось решение о сборе семьи.
- Владыка Ион. – Фарх шагнул вперед. – Правом данным мне Истинным я настаиваю, что это вопрос должен быть отменен. Решение наследницы, не направленное на драконов, суждению и объяснению не подлежит. И ответ она может держать только перед Истинным.
- Хорошо, Владыка. Я это учту. Но разбирая ситуацию, вы нарушили приказ не приводить на земли законников большее количество отступников, что было оговорено заранее.
- Возражаю! В заявке не указывалось точное количество семьи. И так как все принесенные являются двуликими, то официально относятся к одной магической линии и могут расцениваться как одна семья. – Учитель Харман был очень хмурым, и я почувствовала легкую тревогу, но тут же отогнала ее. Не время для паники.
- Неужели, эти двуликие стоят ваших лент? – ехидно спросил попугай.
- Неужели, мастер Альмир, увидел разницу между детьми двуликих и обычными? – вопросом на вопрос ответила я. Дракон гневно фыркнул и уселся на свое место. – А потом, лишение лент не предусмотрено за нарушение условий операции, возможен выговор и штрафное наказание, но не лишение.
- Выговор? – Черный дракон чуть приосанился. – Хотите сказать, что вы следовали букве закона и всего лишь допустили нарушение условий?
- Да, именно это я и хочу сказать, Владыка Ралиф.
- Закон защищает тех, кто присягнул ему! – Попугай опять не усидел на месте.
- Закон защищает любого родившегося в мире Миолы и не достигшего совершеннолетия. Дети находились в критическом состоянии, у меня было право стража решать их судьбу.
- У вас было право решать их судьбу на землях законников, но не на землях отступников, – возмутился Альмир.