В спешке и опасениях упустить кого-то из шайки Когана я влетела в кабинет географии, когда урок только-только окончился. На меня сразу уставились 32 пары глаз. Класс «Б» не в пример больше нашего, у них явная перенаселённость. На меня посмотрели недоумённо как на возмутителя общественного спокойствия. Я улыбнулась в ответ и невозмутимо выложила учебники и тетрадки на свою законную первую парту в третьем ряду у стены. Поздоровалась с географичкой, стала выискивать взглядом «поставщиков». О, вот и один из них — Джиллс.
Джиллс погружал в портфель свои вещи. И посмотрел на меня. Я жестом подозвала его. Не спуская с меня настороженных глаз, Жабры подошёл. К нам вдруг проявили интерес трое парней-задир из его класса. Жабры был вынужден сыграть роль:
— Ну, чего тебе? — спросил он грубовато.
— Где Коган? — тихо спросила я, не обращая внимания на начавших пересмеиваться и перешёптываться нежелательных свидетелей.
Джиллс склонился к моему уху и тихо сказал шёпотом так, что только я слышала:
— Я передам ему, подходи в закуток у крайней раздевалки после четвёртого.
Конспирация. Я кивнула, Джиллс тут же стал выходить. Те трое придурей побежали за ним, спрашивать, что он мне там сказал. Пусть решают, что хотят. После 4-го урока я была там, где мне сказали. Джиллс не обманул, Коган ждал.
— Вызывала? Со мной такие необычные клиенты типа тебя вообще-то говорят на нейтральной территории, где нет посторонних глаз и ушей, — заметил Коган, как всегда прищурившись на один глаз.
— Коган, мне нужна информация.
— Как скажешь, говори быстрей, пока нас не увидели те, кому не надо.
Меня злили эти церемонии, весь этот цирк. Почему нельзя просто отойти в классном кабинете и поговорить с Коганом? Зачем эти прятки среди курток в раздевалке? Коган по одну сторону вешалок, я по другую. Коган говорил тихо, рядом с ним стояли прикрывавшие его не понятно от кого Джиллс и Вайл.
— Мне нужен адрес места, где члены Подполки занимаются борьбой.
Коган аж вышел на меня из-за вешалок.
— Адрес Секции Си? — переспросил он спокойно, смерив меня оценивающим взглядом. Я невозмутимо и не мигая смотрела ему прямо в глаза. — Улица Бонни, дом 26, строение 4. Итчи, если всерьёз захотела к ним, мой тебе совет: заведи себе парня помощнее, а ещё лучше сколоти из пятидесяти таких парней свою банду. Я намекаю, что, по-хорошему говоря, девчонкам не место в этой грязюке.
Коган желал мне добра от всего чистого сердца. Я не могла не поблагодарить его:
— Спасибо за совет, приятель. И за информацию тоже. Как узнаешь что-то новое в плане форс-мажоров, держи меня на связи, — я собралась быстро уходить на урок. Через четыре минуты перемена кончалась.
— Итчи, какую глупость ты задумала сотворить? — задержал меня Коган вопросом.
— Сотворение глупостей — прерогатива клиента, не так ли? Ты поставщик, ты и поставляй мне информацию.
Вечером после любимой тренировки с Мундой я заглянула в компьютерный терминал. Оказалось, что Бонни — чуть ли не соседняя улица, которая недалеко от Хорошего Пути. Отыскала я также на карте дом 26, строение 4, и посмотрела досье. Жилой дом, панельный, шестиэтажный, с тремя подъездами. Ничем не выделяется. Никаких следов Секции Си. Может, эта таинственная школа борьбы для бандитов располагается в квартире? Хотя вряд ли. Не представляю, как можно заниматься борьбой в квартире. Склад краденного добра там устроить можно, но для борьбы слишком мало места. Подвал? Учитывая нелегальность, преступную направленность сего «спортивного молодёжного кружка», такое возможно.
Дома я занялась проработкой легенд. Наверняка те, кто там будут меня встречать, спросят, как я узнала о Секции, зачем пришла. Нужно всё просчитать. Я раскладывала различные варианты. У меня даже башка разболелась. К полуночи я вспомнила, что забыла сделать алгебру, и от этого голова заболела ещё больше. Скоро я буду забывать об уроках и превращусь в двоечницу! Этого ещё не хватало перед грядущим родительским собранием.
Решила блефовать откровенно и сказать, если меня спросят, что Секцию Си мне рекомендовали лица, пожелавшие себя не называть, как серьёзное место по натаскиванию в плане самообороны, и что я сама интересуюсь такими вещами. Несколько приёмов могу даже продемонстрировать, если потребуется. Учла, что мой вид, мой тон должны быть соответствующими.
Во вторник Уолтер был на всех уроках, но сильно сдал в учёбе. Большинство домашних заданий не выполнил. Да, он всё также старательно записывал под диктовку новые темы, с умным видом смотрел на учительниц. Но это уже не тот затюканный Уолтер, которого я знала. На переменах ни он, ни я никуда не выходили, оставались в классе. Он то жевал бутерброд, то читал. Я пыталась завязать беседу, но она не клеилась, и переходила в формальный обмен ничего не значащими фразами, который я терпеть не могла. А чтобы говорить по душам, как с Питом или Джейн — язык не поднимался, потому что мы с Уолтером на другом уровне общения. Мы всего лишь одноклассники, даже не друзья.