— Вы знаете, где его можно найти в это время?
— Только не в библиотеке, — качнул головой человечек. — Если вы подозреваете что-то плохое, можно поднять тревогу. Желаете вызвать начальника охраны?
— Не теперь. Эсс Карт, а вы можете… проводить меня? Это вас не очень затруднит? — она смутилась.
Идти ночью одной до поющих башен было бы немного страшно.
— Миледи, располагайте мной. Но что происходит?
— Милорд собирался наведаться в поющие башни. Сильный ветер, я беспокоюсь.
— Понятно, миледи. Позвольте только взять куртку. И вам лучше одеться, ночь холодная.
Лила привычно набросила плащ леди Эльянтины. Карт метнулся за портьеры и скоро появился в шерстяной куртке. Похоже, маленький библиотекарь держал свои вещи здесь же, в закутках библиотечного зала, и не нуждался в том, чтобы выходить.
Они не встретили Артура по пути, в башне его тоже не было. В башню прошла одна Лила, Карт остался за дверью.
— Здесь лишь вы — Мардок, миледи, мне нельзя, — пояснил он, и это было правильно.
Появился волшебный свет — вот спасибо ему! А амулеты! Легкие шарики из светящегося тумана. Артур доставал их откуда-то с верхней полки, и теперь невозможно было понять, убраны они или нет, то есть приходил Артур в башню или нет. Но… Под подошвой Лилы что-то еле слышно хрустнуло, она нагнулась…
Осколки стеклянного шарика, тонкого, как мыльный пузырь. Лила могла бы поручиться, что в прошлый раз на полу не было никакого стекла. Так вот они какие, амулеты — стеклянные, а вовсе не кусочки тумана! И тончайшие — можно ли выдуть такой шар без колдовства? Артур способен листать бумажные страницы книг, и, получается, брать в руки такие легкие шарики он тоже может.
Она сгребла осколки к стене, их можно убрать потом, если, конечно, с этим не справится волшебная уборка. Вообще, какие возможности у этой уборки? И надо бы что-то сделать со здешним разгромом. Она ведь Мардок — получается, ей можно? Стёкла, ставни, новые лестницы, штукатурка тоже не помешает, наконец — или для успешного роста каменных цветов требуются именно ободранные стены? А будут новые лестницы — и она тоже сможет увидеть те цветы, что наверху! Но сначала надо научиться колдовству настолько, чтобы суметь всё это сделать. И если Артур не запретит, заявив, что любое лишнее колдовское дуновение повредит каменной оранжерее. И конечно, теперь, когда она станет колдуньей, в интересах Артура с ней сотрудничать. Да-да, в их общих интересах — сотрудничать. Не дружить. Она Мардок, он — Инден. Эти башни, если она поняла верно, принадлежат им обоим.
Нельзя дружить с облачком в небе. Нельзя требовать невозможного. Тепла — от того, кто холоден…
Лила даже вздрогнула, вдруг отчетливо вспомнив то, что на настоящий момент было совершенно лишним — теплое прикосновение руки к щеке, его жесткие губы на своём лбу.
Почему его губы жёсткие? Он ведь призрак!
Да, это всё точно лишнее.
Она вышла, взглянула на застывшего у стены Карта, покачала головой. Ветер нещадно трепал волосы, полы плаща.
— Он был тут, эсс Карт. Недавно. Говорите, его не видно уже несколько дней?
— В ветреную погоду леди Эльянтина брала с собой шелковую простыню, — сказал Карт. — Он мог за неё схватиться, если что. Ему иногда хотелось такого риска, она это не одобряла.
— Его уже уносило ветром? — с замиранием сердца спросила Лила.
— Да, бывало. Но графиня всякий раз помогала. Он мог передвигаться внутри камня, но говорил, что это больно. Можно ползком, но ему не нравилось. Говорил, что защита в этом месте тоже причиняет боль. Графиня удивлялась. Мы не очень понимаем природу таких сущностей, миледи.
Лила слушала краем уха, размышляя, что делать. Собственно, она была почти уверена, что беда случилась, что-то внутри неё прямо-таки кричало об этом. Конечно, будет огромным облегчением завтра утром встретить Артура в столовой и убедиться, что она не права, но…
Это значит — ждать до завтра! А при ярком свете призрака даже не разглядеть — если его всё-таки унесло. Если несколько дней уже прошло, то переживёт ли он дополнительную задержку?
— Двенадцать дней — это был крайний срок. Если он сделал это раньше… — она скорее размышляла вслух, чем ждала совета.
— Идите за мной, миледи, — предложил Карт, — это близко. Там тоже заперто, но вы сможете пройти, я думаю.
Это действительно было близко, если бы они могли летать, но им пришлось немного вернуться, потом спуститься, пройти по крытому переходу, подняться опять…
Ещё одна башня, сразу первой.
— Если вы откроете дверь и пропустите меня, я тоже поднимусь, — сказал Карт.