— Не знаю, — пожимая плечами, честно отвечаю. — Может, совесть проснулась?
Ваня скептически хмыкает. Ну да. Где совесть, а где Герасимов.
Наведя порядок, я перекладываю стенгазету на последнюю парту, чтобы она высохла до понедельника. Взяв свои вещи, мы с Литвиновым выходим. Нам по пути, поэтому Ваня вызывается меня проводить, и я не отказываюсь. Вдвоём веселее.
Мы уже собираемся выйти за ворота школы, как вдруг черная иномарка резко преграждает нам путь. Из машины раздается громкая музыка. От накрученных басов у меня уши в трубочку сворачиваются. Играет какой-то жуткий рок, отчего я морщусь. Тонированное окно медленно опускается, и я вижу Долматова. С кривой полуулыбкой он смотрит прямо на меня, хоть и за стеклами его чёрных очков нельзя знать наверняка, я чувствую этот заинтересованный взгляд.
Я уже собираюсь возмутиться, как Долматов нахально заявляет:
— Крошка, запрыгивай. Подвезу!
Крошка? Он что, под кайфом? Перепутал меня со своей недельной подружкой?
Возмущенно надув щеки, выпаливаю:
— Я тебе не крошка, Долматов! Катись отсюда!
Кто-то стучит ему по плечу, но парень только небрежно отмахивается. На пассажирском сиденье сидит знатно прифигевший Сёма Грачёв. Клянусь, он таращится на своего друга так, будто у того выросла вторая голова.
— А для кого крошка? — прищуривает он глаза, точно пытаясь прочесть мои мысли. — Для него? — кивком головы указывает на Литвинова. — Или может… — прищелкивает языком, как будто задумываясь, а затем опускает заднее стекло, где сидит злой как собака Герасимов, — для него?
Арсен раздраженно закатывает глаза, трёт переносицу и бормочет под нос ругательства. Моя челюсть падает на пол. Да он серьезно, что ли?
— Заканчивай с этим цирком, Дар. Утка сейчас в обморок грохнется от переизбытка чувств, — произносит Герасимов.
Долматов тихо смеётся.
Прекрасно, похоже я стала их новой «забавой»!
— Тебе виднее, Арс, — лукаво ухмыляется. — Кстати, ты приглашена на мою вечеринку в следующую субботу. Дресс код: короткое и облегающее. Не разочаруй меня, утка! — подмигнув, Долматов жмет на газ и машина срывается с места, так и не дав мне сказать, чтобы он засунул своё приглашёние себе в… Ну, вы поняли куда.
— Какие идиоты! — с сердцах кричу.
— С каких пор Долматов зовёт тебя на вечеринки? — с озадаченным видом поворачивается ко мне Ваня.
Если бы я знала. Для меня это не менее неожиданно.
Никто. Никогда. Не звал меня на вечеринки. На них я была так же неуместна, как Герасимов, Долматов и Грачев в церковном хоре.
— Это просто шутка, — сухо кидаю. — Ты же их знаешь.
— А если не шутка?
— Я все равно не пойду, — без тени сомнения изрекаю.
Во-первых, мне это не интересно, а во-вторых, меня все равно родители не отпустят. К тому же Долматов не мог говорить это всерьез. Напоминаю: я состою в школьном совете. Клубе ботаников. Мы лузеры. Ручаюсь, уже в понедельник Долматов забудет о своем предложении и найдет новую жертву для своих тупых шуточек, которые понятны только ему одному.
Глава 6
Арсен
Меня бесит до скрипа зубов скалящаяся рожа Дара.
Да он серьезно, что ли? Утка и вечеринка? Прошу заметить, наша вечеринка. Та самая, куда хорошим девочкам вход воспрещен. Где главное правило: отрывайся и беспредельничай.Впиваюсь испытывающим взглядом в Долматова, но тот ухмыляется мне в зеркале и подмигивает. Говнюк.
— Дар, ты накурился? — спрашивает ошарашенный Грачёв. — Ты только что позвал королеву зануд на нашу тусовку?
— Ну может, не такая она и зануда, — беспечно хмыкает Долматов, лукаво на меня косясь. — Спроси у нашего тихушника. Он тебе больше расскажет.
Раздраженно закатываю глаза, откидываясь на сиденье.
Кретин никогда не угомонится.
— Я же тебе сказал, что между нами ничего нет.
— Именно поэтому ты с ней проторчал сегодня целый час, — замечает Дар. — Ага. Совершенно ничего.
— Если ты не вкурсе, меня наказали, — указываю рукой на свою подбитую скулу.
— С каких пор ты начал отбывать наказания? — хмурится Сёма.
Черт! И этот туда же! Почему у меня друзья такие любопытные засранцы?
— Я не мог уйти, — ворчу себе под нос, уже жалея что остался.
Мне стоило поднять свой зад и выйти из художественного класса. И уж точно не нужно было помогать Нине и этому задроту Литвинову рисовать дурацкую стенгазету.
Эй, это занятие не для парней, ясно? Кому вообще нужны эти стенгазеты кроме учителей? Все знают что веселье начинается после школы, а не на этих школьных дискотеках, где учителя как церберы следят за нашей добродетелью. Что, впрочем, не мешало нам с парнями тайком протаскивать выпивку, поить ей девчонок и заниматься в туалете или за школой всякого рода непотребствами.