– Если я повстречаю врага через две недели? Вдруг он вышел из города? – спрашиваю из интереса, врагов у меня тут нет, точно.
– Затеете бучу – смерть. Если никак неймется, уйдете из города подальше и там порешите друг друга. Да, за стеной зона перемирия. Никого у стены лучше не трогать. Не то, что четвертуют за это, но по голове не погладят. Это такое неписаное правило. Вопросы?
– Нам бы какое место подыскать, где остановиться, – не подскажешь?
– Чтоб не дорого и прилично, – усмехнулся охранник.
– В точку.
– Дам вам проводника, только рассчитывайтесь с ним сами.
Охранник принялся записывать специальным маркером номера браслетов на тонкие красные ремешки.
– Одевайте на руку, это твой, а это твой. Все будут видеть, что вы мясо, и никто к вам приставать не станет. В менялку правильную идите, и все, если есть что менять, конечно.
– Спасибо, мы пойдем?
– Валяйте, – махнул рукой охранник.
Выходит, к новеньким здесь отношение снисходительное. Вот, когда выбор сделан – разговор будет другой. Развернувшись, цепляю дужкой арбалета металлическую стенку каморки.
– Стоп, – тут же встрепенулся охранник. – Совсем забыл, оружие придется сдать. Вам как новеньким хранение на неделю бесплатно, впредь за плату. При себе оставить можно только по два ножа. Не вздумайте их к палке примотать в городе – сразу смерть. Копья только у стражи. Совсем без оружия не будете, все же не все у нас идеально, но из арбалета в городе стрелять не стоит.
Пришлось потратить время на оформление нашего оружия в камеру хранения. Тут образовалась небольшая очередь, пришлось ждать.
– А оружие не подменят? – поинтересовался я, зная нравы кладовщиков. Учитывая контингент, могу получить хлам вместо своего оружия.
– Нет, с этим строго. Жалобы до Госпожи дойдут – шкуру живьем спустит. Никто из-за твоей железяки рисковать не станет.
Оружие мы сдали. Что удивительно, никто не проверил содержимое рюкзака, а если у меня там пять ножей? Еще приятно было, что нам оставили лопатки. Может, для кого-то это инструмент, чтобы копать, но только не для меня. У лопаты много применений, особенно когда умеешь ее правильно использовать.
– Шустрилы, где вы? – крикнул охранник, пройдя коридор от ворот – своеобразный предбанник.
К нам тут же метнулись двое подростков. Девчонка лет тринадцати – четырнадцати на вид и паренек лет десяти.
– Вот этим жилье подыскать надо, – сказал охранник сорванцам и развернулся, чтобы уйти, но решил задержаться.
– Ты, мужик, если работу искать будешь – подходи. Могу к нам устроить, могу чистое дело подыскать. Спросишь Аркана у ребят, меня тут все знают.
– Я Виктор, за предложение спасибо. – Не уверен, что мне нужны его услуги, но не портить же отношения со стражником.
Тем временем парень с девчонкой разыгрывали «камень, ножницы, бумага» – победила девчонка. Отвесив пацану дружескую затрещину, она повернулась к нам. Пацан не выглядел обиженным, устроившись под навесом поблизости.
– С чего начнем? – оценивающе нас разглядывая, спросила провожатая.
– Представься, – усмехнулся я.
– Алиса.
– Виктор, Зилия, – озвучиваю наши имена.
– Бабу сдавать идем или камни? – уточнила Алиса.
– Бабу?
– Ты Зилию свою постоянно с собой таскать хочешь? – удивилась девчонка. – Кормить значит, за постой платить – так? – в ее вопросе прямо сквозило – ну ты дебил, дядя.
– А можно иначе?
– Конечно. Она, конечно, не фонтан, даже у меня сиськи больше, – Алиса провела по грудям, заставив соски проступить под тонкой тканью рубашки. Действительно у девчухи грудь была побольше, точнее она в принципе была. От такого сравнения Зилия покраснела – в кои-то веки.
– Марта ее не возьмет, у нее девочки элитные, а вот к Ингрид можно попробовать, она всех берет, – продолжила рассуждать проводница.