— Все, дышу. Письмо прочла?
— Да. Особенно понравилась последняя фраза: «Ешь шоколад, а по ощущениям — картон. Мозг обманут». Похоже, демоническая епархия интернета обманула мозг коллективного бессознательного. Раньше в изолятор отправляли выборочными партиями: евреев как носителей вредной крови, диссидентов как носителей чуждой идеологии… А теперь за COVID-19 — всех без разбора.
— Миллионы больных и сотни тысяч умерших — не измышления ВОЗ!
— Испанка унесла от 50 до 100 миллионов жизней. Среди них и Шиле, и Климт, но мы помним их, а не эпидемию… Кончится COVID-19, объявится что-то еще.
— Заговор демонической епархии?
— Нет. Нормальный процесс оглупления. В истории человечества такое случалось не раз. Не все родились в эпоху Леонардо.
Черты русского человека
Федя рассержен. В Теребуни его никто не ждал. Пешком десять верст не осилить. Возник вопрос, кто бы свез. Да никто по такой погоде не соглашался.
«Из того, что я русский, мне мало выходит утешения, т. к. хочется быть чем-то иным. Я бы с болью вырвал из груди своей то место (если бы оно существовало), где заложены черты русского человека. Вот уже поистине проклятая наследственность».
Презирать людей не стоит, но и хвалить погодить. И все ж нашелся человек — бесхитростный дед Антон. Он и в Бога верует, и в Царя, но ради зятя коммуниста печалится победам белых в Кронштадте. По дороге дед Антон сообщил плохую новость: верх ихнего дома снесен и свезен на лом. Не жилище, а Куликова мыза.
Избенка, и впрямь ничем сверху не покрытая, все же стояла на месте.
Бабушка его зацеловала, дедушка тоже. В общем, все были рады.
Мать поведала ему свои тревоги в связи с кронштадтскими событиями. Отец и мать сказали, что в Видонях уже почитай невмоготу жить: сена нынче не хватило, а потом, что весьма вероятно, и хлеба не станет хватать. Надо пользоваться моментом и урвать земли у эстонцев.
«В общем расчете экономического характера отец развил дальнейшие планы: на Неменах нынче яровое, земля хорошая, разделанная, и можно думать, что в хлебе недостатка не будет. В Тягунцах же, куда представлялась возможность ехать, можно просчитаться в урожае, а тогда хоть волком вой. В Неменах он мечтал поселиться с краешку и в случае неладов отделиться. Но явились кронштадтские события, и все, кто вместе с ним собирался теснить эстонцев, пошли на попятную. Хотелось прийти к соглашению и кончить волынку, да не вышло. Решили строиться каждый сам по себе, и, если помогать, то по взаимному согласию. Проволочки эти нервно расстраивали отца, единодушно избранного организатором, и он корил мать: «Это все ты виновата — втянула меня в содом».
Федя осип, видать, в телеге надуло, и из-за потери голоса отказался посещать супретки, крутить с той, которую предписывала ему деревенская молва. После двух отказов с его стороны последовал разрыв, хотя на третьи игрища он ответил согласием. Не предполагал он, что народ тутошний такой щепетильный и что раз не взял девку на песни, это все равно что по уху дал.
К тому же девка эта кого-то имела, а он был настроен на серьезное чувство, без мытарства и ухажерства, что не вяжется с идеей любви. И все же раздразнила она Федю, и он произвел попытку. В финале он послал ее на те три буквы, на которые она сперва уселась, задрав до пупа юбку, и когда вот-вот уже, — соскочила, как щука с крючка.
Но при чем тут русские?
«А при том, что они единственные пошли на такой эксперимент как советская власть, да только голодным и раздетым трудно признавать полезность такого дела. Но, даже если он будет неудачным, можно наметить несколько положительных штрихов.
1. Несомненно, в деревне пробудился интерес к политике, науке. Читают газеты. Слушают ораторов. Сами пытаются говорить. Знакомы с собраниями. Горячо обсуждают аграрные вопросы. Если после коммунизма будет власть лучше, они вдвойне будут счастливы своим положением и сознанием, что были участниками событий, если власть окажется хуже — оценят коммунизм». 2. На ошибках люди учатся. Будущее поколение постарается иначе провести социализм.
Из ошибки с девкой Федя выводы сделал, а из полезного вышло одно — приставить упавшую ограду к сельсовету.
Одним на земном шаре нам будет трудно
Деревня с котомками и город с чемоданами пока еще не выработали единую походку, шли вразброд.
Вечерело. Сыновья Якова Абрамовича поджидали берлинский поезд на платформе.