Такие же группы существовали в Скавине и Воле Духацкой (во главе последней стоял Станислав Стабах).
Молодые гвардейцы часто совершали нападения на оккупантов, добывая оружие и боеприпасы. Они широко пользовались опытом Четырко, с которым часто встречались. Они тянулись к нему, а он в их лице имел настоящих друзей. Звали они его Колей. Он легко находил с ними общий язык. Ходил к ним на встречи в любое время суток — и ночью, и днем. Рассказывал ребятам о советской молодежи, о том, как она по призыву ленинской партии поднялась на борьбу с захватчиками.
Однажды июньским днем 1942 года ребята из группы Стабаха вместе с Янеком Шумецем преподнесли Стефану Дзивлику сюрприз, притащив целый ящик пистолетов. Их сразу же отправили в подразделение Гвардии Людовой. В руки молодого Стабаха попадали и тюки с автоматами. Когда я смотрел на Янека и других ребят, невольно задумывался об их судьбе, об их будущем. Я знал, что они будут первыми среди тех, кому суждено строить новую родину. И в труде они будут такими же упорными, как и в бою.
Не раз вместе с Колей я отвечал на вопросы ребят, интересующихся жизнью в Советском Союзе. От общих вопросов мы переходили к частным — условиям труда и учебы молодежи. Они хотели знать все о жизни первого в мире социалистического государства. В таких беседах мы проводили долгие часы. Со временем ребята начали понимать, сколь справедливо требование, чтобы фабрики и заводы принадлежали не одному владельцу, а были бы общественной собственностью. На примерах они познавали суть нового, еще не известного им строя. Коля с нашей помощью следил за ходом событий в районе, разведывал позиции гитлеровцев, поддерживая постоянную связь с Большой землей.
В начале 1943 года Колю арестовали. Долго ему везло. Мы привыкли часто встречаться с ним. Теперь нам его очень не хватало. И всякий раз, когда я рассказывал ребятам о Коле, вспоминались слова Володи: «Мы победим врага. Мы вам поможем». Он верил в победу. Оценивая положение на фронтах, мы понимали, что нам предстоит еще трудная борьба. Поражение под Сталинградом предрешило судьбу врага, и мы были уверены в этом.
Молодежь Гвардии Людовой оценивала и вести с фронтов. Вела горячие дискуссии.
— Фрицы отступают по плану и несут внеплановые потери, — так комментировали бойцы немецкие фронтовые сводки. — Плохи у них дела, вот они и стали такими подвижными. Они уже не в состоянии удержаться ни на одном участке.
Молодежь с большим энтузиазмом выполняла боевые задания. В операциях принимал участие и Янек Шумец, хотя ноги его были поражены тяжелой формой ревматизма. Шумец вырос среди рабочей молодежи в хорошего руководителя.
Гестапо долго пришлось охотиться за неустрашимым руководителем рабочей молодежи, «молодежным» командиром Гвардии Людовой в Кракове. Известно, что, схватив Шумеца, гестаповцы подвергли его изощренным пыткам. Но он не вымолвил ни слова. Израненного, покалеченного, с неподвижными, висящими, как плети, руками гестаповцы привезли его домой в надежде, что это облегчит им обыск, поможет им напасть на след. Таким видела его в последний раз мать. О дальнейшей судьбе Янека известно мало. В объявлении 6 апреля 1944 года среди 63 расстрелянных значилась и его фамилия.
Несколькими неделями раньше погиб Володя. Он никогда не жаловался на трудности, на усталость. Всегда был во главе штурмовой группы отряда. Прошел он с нами немалый отрезок боевого пути и сложил свою голову на чужой земле. Его одинокая партизанская могила находится в Бескидских лесах — в Подгале. Те, кто знал Володю, каждый год приносят на его могилу свежие цветы. Володя часто встречался с Янеком. Они долго беседовали друг с другом, комсомолец из Подмосковья и представитель краковской молодежи. И по сей день мы вспоминаем их.
Под Ясло
Я снова встретился с Войнаровичем. Как и всегда, мы нашли возможность побеседовать наедине. У него было загорелое лицо, и я понял, что с момента нашего последнего свидания ему пришлось много времени провести на воздухе.
— Видно, потянуло тебя в лес, — сказал я.
— Как ты догадался?
— Достаточно посмотреть на твое лицо.