Они погибли, спасая товарищей. Их героическая смерть позволила продолжить работу радиостанции Ольги, что впоследствии сыграло большую роль в деле спасения города. Пусть жители Кракова узнают и об этом эпизоде борьбы тех лет и помнят о том, что гибель двух молодых гвардейцев была символом готовности понести самые большие жертвы во имя достижения цели.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Для фронта
Гибель ребят я воспринял так, словно потерял собственных сыновей. И все же, как ни больно было, следовало подумать и о том, как обезопасить работу радиостанции. Тогда я еще не знал, что ребята уничтожили все свои документы, и поэтому боялся, что их удостоверения могут привести немцев в Рыбную.
— Нужно предупредить Ольгу и товарищей, — предложила Валя. — Лучше всего если я сама сбегаю в Рыбную. Медлить нельзя…
С момента трагической гибели ребят прошло немного времени. Надо было действовать быстро. Валя сразу же собралась в дорогу. Пошла пешком: дорогой ей не попалось ни одной машины.
От Кракова она двинулась в направлении на Лишки. Машинально отсчитывала, сколько осталось позади телеграфных столбов. С быстрого шага иногда переходила на бег. Так прошла она больше двадцати километров.
До хутора Морги она добралась смертельно уставшей. Старый Фелюсь и Ольга с нетерпением ждали известий. По лицу Вали поняли, что случилось самое худшее. Девушки моментально свернули радиостанцию и перешли в другое место. Ольга и Ханка долго еще вспоминали ребят, говорили об их отваге.
Я встретился с Ксенжарчиком и Павликом, чтобы обсудить дальнейшие планы. Рассказал им, как прошла операция. Ребята, Ханка и Валя были застигнуты врасплох: Юзек появился раньше времени. Это и явилось причиной печального исхода операции. Янеку и Франеку, после того как Юзек узнал Ханку, оставалось одно — стрелять. Предатель не должен был уйти. Иначе это привело бы к катастрофическим последствиям.
Мы решили, что Ольгу с ее радиостанцией будут охранять Игнаций Тарговский из хутора и гвардейцы Метек и Казек из Чулува. Они получили инструкцию, как им надлежит действовать и как поддерживать связь с нами. Мы старались предусмотреть все возможные неожиданности. В такой обстановке существенной оказалась бы помощь штаба маршала Конева. Об этом должна была позаботиться Ольга.
Оставалось одно — найти несколько квартир для размещения радиостанции. На одном месте нельзя было выходить в эфир больше двух-трех недель. Затем приходилось переносить радиостанцию в другое место, удаленное от предыдущего самое меньшее на двадцать — тридцать километров. Гитлеровцы, видимо, уже засекли радиостанцию. Значит, места нужно было менять чаще.
Я отправился подбирать для Ольги квартиры. Все это время мы внимательно следили за передвижением немцев. Если они шли за нами по следу, по полям Рыбной, мы отходили в окрестности Кшешовице. А когда они настигали нас и здесь, мы скрывались в Кальварийских горах. Так мы водили гитлеровцев по всей округе.
Фронт требовал новых данных, торопил с передачей подробных сведений. Штаб предлагал помощь, приказывал продолжать ведение разведки, рекомендовал соблюдать осторожность. Линия фронта проходила пока в сотнях километров отсюда, а у меня было такое чувство, будто я сам непосредственно участвовал в наступлении.
Для сбора материалов я привлек многих опытных товарищей в Кракове и его окрестностях. Теперь на всем Краковском железнодорожном узле велось постоянное наблюдение. Мы собирали данные о дислокации немецких частей в самом городе, их обозначениях и названиях, о расположении военных складов, гитлеровских штабов. Особое внимание обращали на полевую почту войсковых частей, которую слали с Запада на Восток. Номера полевых почт, непонятные для нас, являлись для советского штаба ценной информацией.
За это важное дело взялись целые группы товарищей, организованные так, что каждая действовала самостоятельно. Весь район покрылся сетью нашей разведки. В Кракове действовали Солтыковы, Шафарские, Сливовы, мои старые соратники Шимоняк и Наврот. Приступили к выполнению задания Сендоровы, которые не побоялись помогать нам и дальше, и Выжговы. В Кальварье за транспортом следил Францишек Сусек, в Леньчах — Юзеф Добош. Десятки товарищей помогали нам в этом трудном деле. Каждый имел определенное задание. В Величке Бохенек и его жена не спускали глаз с немецких баз и железной дороги. Валя занялась гитлеровскими штабами в Кракове.