Узор нитей изменился. Правда ли блестки перепрыгнули с нитки на нитку? Вроде бы да. И неужели куриная кость в самом деле прошла сквозь яйцо? Со стороны это выглядело именно так.
Ведьма вгляделась в путанку:
— Что-то приближается…
Почтовый дилижанс выехал из Дверубахи полупустым. Он уже оставил холмы позади и давно катил по равнине, когда один из пассажиров на крыше постучал кучера по плечу.
— Извини, — сказал он. — Ты заметил, что какая-то повозка пытается нас догнать?
— Боги с вами, господин! — ответил возница, потому что рассчитывал на щедрые чаевые в конце поездки. — Нет на свете такой повозки, чтобы нас обогнала!
Тут он услышал далеко позади хриплый визг, который быстро приближался.
— Гм. А тот парень, похоже, об этом не знает, — заметил пассажир, когда телега возчика обогнала их.
— Стой! Ради всего святого, стой ты! — вопил возчик на скаку.
Но ничто не могло остановить Генри. Долгие годы он возил телегу от деревни к деревне, медленномедленно, а тем временем в его большой лошадиной голове зрела идея о том, что он, Генри, рожден, чтобы скакать быстрее ветра. А он только таскался по дорогам, и все телеги, повозки и трехногие псы оставляли его за кормой. Зато теперь настал его звездный час.
Вдобавок еще и телега сегодня была легче обычного, а дорога в этом месте шла немного под горку. Все, что требовалось, — это скакать галопом достаточно быстро, чтобы оставаться впереди телеги. А потом он обогнал почтовый дилижанс! Он, Генри!
Он остановился только потому, что дилижанс остановился первым. Кроме того, Генри почувствовал, что кровь уж больно сильно стучит в жилах, и к тому же в упряжке дилижанса обнаружилась пара кобылок, с которыми он был бы не прочь познакомиться поближе — расспросить, когда у них бывает выходной, какое сено они предпочитают, и все в таком роде.
Возчик, бледный как полотно, осторожно слез с телеги, лег в дорожную пыль и крепко обнял земную твердь. Его единственный пассажир, сидевший в задней части телеги, неуклюже спустился и заковылял в сторону дилижанса. Выглядел он, отметил кучер, как настоящее пугало.
— Прости, мест нет, — поспешно сказал возница.
Места были, но определенно не для такого страшилища.
— Ах, а я-то хотел золотом плачевать, — отозвалось пугало. — От такенным золотом, — добавило оно, размахивая рукой в драной перчатке.
В дилижансе внезапно обнаружилось более чем достаточно места для эксцентричного миллионера. Уже несколько секунд спустя новый пассажир расположился внутри, и дилижанс, к досаде Генри, тронулся дальше.
К домику тетушки Вровень через лес приближалась метла. На метле боком сидела юная ведьма — или, по крайней мере, девочка, одетая как ведьма. Никогда не стоит спешить с выводами.
Летела она не очень хорошо. Метла двигалась рывками, а время от времени девочке приходилось слезать и вручную разворачивать ее в нужном направлении — похоже, заставить ее повернуть иначе ей пока не удавалось.
— Молодец, Петулия. — Тетушка поаплодировала девочке всеми четырьмя руками. — Ты делаешь большие успехи.
— Эмм, спасибо тетушка Вровень, — сказала юная ведьма и поклонилась. И осталась стоять, согнувшись. — Эмм, ой…
Половина тетушки Вровень шагнула к ней.
— О, вижу! — сказала она, приглядевшись. — Это цепочка твоего амулета с маленькими совами перепуталась с ожерельем в виде летучих мышей, и они вместе зацепились за пуговицу. Теперь постой-ка немного смирно, хорошо?
— Эмм, я пришла спросить, не хочет ли ваша новая ученица прийти сегодня к нам на шабаш, — проговорила девочка. Голос ее звучал немного приглушенно.
Тиффани не могла не заметить, что Петулия вся увешана украшениями. Позже выяснилось, что невозможно сколько-нибудь долгое время находиться в обществе Петулии, чтобы не пришлось помогать ей отцепить браслет от ожерелья или, как случилось однажды, сережку от цепочки на щиколотке (никто так и не понял, как это получилось). Петулия не могла устоять перед притяжением оккультных украшений. Большая часть их, по идее, должна была оберегать ее от разного рода неприятностей, но ни одно не спасало Петулию от нелепого вида. Она была низенькая и пухленькая, с вечно красным лицом, на котором застыло выражение легкой тревоги.
— Шабаш? А, это когда вы с девочками встречаетесь… — кивнула тетушка Вровень. — Сходить туда было бы чудесно, правда, Тиффани?
— Да? — Тиффани пока не была в этом твердо уверена.
— Несколько девочек собираются по вечерам в лесу, — пояснила тетушка. — Не знаю почему, но последнее время ведьмовское ремесло вновь стало популярным. Это, конечно, не может не радовать. — Последние слова она произнесла как-то не слишком уверенно. — Петулия — ученица бабки Черношляп из Бес-Подвоха. Бабка работает в основном с животными. Очень хороша в свиных болезнях. В смысле, она хорошо лечит эти болезни, а не сама ими болеет. Будет замечательно, если вы подружитесь. Почему бы тебе не пойти, Тиффани?.. Ну, вот мы все и распутали…