Петулия выпрямилась и неуверенно посмотрела на Тиффани.
— Эмм, Петулия Хрящик, — сказала она и протянула руку.
— Тиффани Болен, — представилась в ответ Тиффани, пожимая руку с некоторой осторожностью из опасения оглохнуть от звона многочисленных браслетов Петулии, а заодно и всех вокруг оглушить.
— Эмм, можешь полететь со мной на метле, если хочешь, — предложила Петулия.
— Спасибо, я лучше так, — отказалась Тиффани.
Петулия вздохнула с облегчением, но тут вспомнила еще кое-что:
— Эмм, а ты не хочешь сходить одеться?
Тиффани опустила глаза на свое зеленое платье.
— Я одета.
— Эмм, а у тебя разве нет драгоценных камней, четок, амулетов или еще чего-нибудь такого?
— Нет. Извини, — сказала Тиффани.
— Эмм, ну уж хотя бы путанка-то у тебя наверняка имеется?
— Эмм… они у меня что-то пока не получаются, — призналась Тиффани.
Она совершенно не собиралась «эммкать», но вблизи Петулии эти «эмм» просто носились в воздухе, вот она и подхватила.
— Эмм… Может, у тебя есть черное платье?
— Не люблю черный цвет. Мне больше нравятся голубой и зеленый, — сказала Тиффани. — Эмм…
— Эмм. Ну, ладно, ты ведь еще только начала учиться, — великодушно сказала Петулия. — А я вот в ВР уже три года.
Тиффани беспомощно взглянула на тетушку Вровень.
— В ведьмовском ремесле, — пояснила та.
— А-а.
Тиффани понимала, что ведет себя невежливо. И ведь видно же, что эта Петулия, с ее вечно розовыми щеками, хорошая, но Тиффани почему-то было неловко общаться с ней, хотя она никак не могла понять почему. Как глупо! Подруга ей бы совсем не помешала. Конечно, тетушка Вровень очень милая, и с Освальдом они неплохо ладят, но хорошо было бы иногда поговорить с кем-то своего возраста.
— Ладно, я с радостью пойду, — сказала Тиффани. — Мне ведь еще так много надо узнать…
Пассажиры, путешествующие в дилижансе, заплатили немалые деньги за то, чтобы сидеть внутри, а не на крыше, где ветер и пыль. Поэтому может показаться странным, что многие из них перебрались на крышу на ближайшей остановке. Те же несколько человек, кто не захотел ехать наверху или просто не смог туда залезть, сбились в кучку на сиденье напротив странного нового пассажира и смотрели на него, как семейство кроликов на лису, стараясь не дышать.
Беда была не в том, что от него несло хорьками. То есть это, конечно, была та еще беда, но она оказалась сущим пустяком по сравнению с другой. Он разговаривал сам с собой, вот в чем дело. Точнее, части его тела говорили друг с другом. Всю дорогу.
— Ух, ну и мерзяво ж тут! Грю те, мой черед в балде садить!
— Ха! Вам там в брюхсе жизня-малина! Мыто в ступах и ногах за вас всю как есть работу работаем!
Тут вмешалась правая рука:
— В ногах? А ты б попробовал весь в пурчатку усунуться, я б на тя позырил! А, катись оно все вдоль-попер, мне надыть лапсы вытянуть!
В молчаливом ужасе пассажиры увидели, как одна упрятанная в перчатку кисть их жуткого соседа отделилась от руки и пошла гулять по сиденью.
— Тута в бруках тож не мед, ежли ты не бум-бум. Дыхсать нечем. Попроветрю-ка я…
— Туп Вулли, не смей!
Пассажиры еще теснее сгрудились на сиденье и, не в силах отвести взгляд, уставились на штаны незнакомца. Там что-то шевелилось и ругалось себе под нос, причем в области, где никакого носа быть не должно. Наконец пара пуговиц расстегнулась, и на свет высунулся, моргая после темноты, очень маленький синекожий и рыжеволосый человечек.
Заметив пассажиров, он замер.
И вытаращился на них.
А они на него.
Наконец он улыбнулся им безумной улыбкой от уха до уха.
— Ну кыкс, чувлаки, все типсы-топсы? — спросил он с отчаянной веселостью. — Ну и аааатлично! А про меня прозабудьте, я ж просто тыке, хлюцинация!
Он снова скрылся в штанах, и до пассажиров донесся его громкий шепот:
— Нае проблеме, я им балды запросто задуркнул!
Через несколько минут дилижанс остановился сменить лошадей. Дальше он отправился уже без тех пассажиров, что ехали внутри. Они вышли и попросили снять их багаж. Нет, спасибо, им что-то не хочется сегодня ехать дальше. Спасибо-спасибо, они сядут на завтрашний дилижанс. Нет-нет, они с удовольствием подождут его в этом чудном маленьком городке под названием, э, Опасный Поворот. Спасибо. До свидания.