— Я знаю, — повторила госпожа Ветровоск.
— Что же ему нужно?
— Часть тебя осталась в нем. Как по-твоему, что ему нужно?
Тиффани задумалась. Почему роитель не нападает? Да, на этот раз она готова, но он все равно сильнее.
— Может, ждет, когда я снова расклеюсь, — проговорила она. — Но у меня в голове постоянно крутится одна мысль. Глупая такая… Я все думаю про… три желания.
— Какие желания?
— Не знаю. Говорю ведь, глупости…
Госпожа Ветровоск остановилась.
— Нет, это не глупости, — сказала она. — Это глубинная часть тебя пытается что-то тебе сообщить. Пока просто запомни. Потому что сейчас…
Тиффани вздохнула:
— Да, знаю. Господин Заткачик.
Ни один герой не приближался к логову дракона с такой опаской, с какой Тиффани шла к дому с запущенным садом.
В воротах она остановилась и оглянулась, но госпожа Ветровоск дипломатично исчезла. Возможно, нашла кого-нибудь, кто угостит ее чаем с печеньем, подумала Тиффани. Эта ведьма только им и питается!
Тиффани отворила калитку и двинулась по дорожке к дому.
Тут не скажешь: я не виновата. Не скажешь: я ни при чем.
Сказать можно только одно: я не отступлю перед трудностями.
Ты не обязана делать это с удовольствием. Ты обязана сделать это так или иначе.
Тиффани глубоко вздохнула и вошла в полутемный дом.
Господин Заткачик был тут как тут, сразу за дверью — спал в своем кресле, выставив на обозрение полный рот желтых зубов.
— Эмм… Здравствуйте, господин Заткачик, — промямлила Тиффани. Должно быть, она говорила слишком тихо. — Просто, эмм, пришла вот проведать вас, посмотреть, все ли у вас… хорошо.
Старик всхрапнул, проснулся и пошамкал губами, словно для того, чтобы прогнать сон изо рта.
— А, это ты, — проговорил он невнятно. — Доброго денечка.
Он уселся чуть повыше и уставился в распахнутую дверь, словно забыв о Тиффани.
Может, он и не спросит, думала Тиффани все время, пока мыла полы, вытирала пыль, выколачивала занавески и, не вдаваясь в подробности, чистила ночной горшок. И чуть не завопила, когда старческая рука метнулась вперед, схватила ее за запястье, и господин Заткачик уставился на нее с обычным умоляющим выражением:
— Мэри, будь добра, проверь шкатулку, а? Ночью я звон да звяк слышал. Может, вор какой забрался.
— Хорошо, господин Заткачик, — сказала Тиффани. А мысленно взвыла: «Нехочунехочунехочуза-беритеменяотсюдапрямосейчас!»
Она потянула из-под кресла шкатулку. Ничего другого не оставалось.
Шкатулка оказалась неожиданно тяжелой. Тиффани встала и откинула крышку.
Скрипнули петли, и повисла тишина.
— Эй, ты как, девочка? — окликнул господин Заткачик.
— Ммм… — сказала Тиффани.
— Все на месте, да? — встревожился старик.
Мысли Тиффани слиплись в вязкий комок.
— Ммм… да, шкатулка полная, — выдавила она наконец. — Ммм… только теперь она полна золотом, господин Заткачик.
— Золотом? Ха! Не вешай мне лапшу на уши, девочка. Я не из тех, у кого золотишко заводится.
Тиффани осторожно, как только могла, поставила тяжелую шкатулку на колени старика. Он уставился внутрь.
Тиффани хорошо знала эти стертые золотые монеты. Пикеты у себя дома использовали их как тарелки. Когда-то на монетах виднелась чеканка, но они так потерлись, что ничего уже было не разобрать.
Но золото есть золото, с картинками оно или без.
Тиффани резко обернулась и успела заметить, как кто-то маленький и рыжий растворился в тени.
— Ну дела… — проговорил господин Заткачик. — Ну дела…
На этом, похоже, он исчерпал способность поддерживать разговор и надолго умолк. Потом сказал:
— Тут куда больше, чем надо на похороны. И когда я успел отложить такие деньжищи… Да тут на королевские похороны хватило бы!
В горле у Тиффани стоял ком. Она не могла оставить это как есть. Просто не могла.
— Господин Заткачик, я должна кое в чем признаться, — сказала она.
И рассказала все. Вообще все, а не только то, что выглядело поприличнее. Старик ловил каждое слово.
— Ну надо же, какая история… — сказал он, дослушав до конца.
— Ммм… Простите меня, — пролепетала Тиффани.
Она не знала, что тут еще можно сказать.
— Так ты, значит, говоришь, эта тварь заставила тебя взять деньжата, что я отложил на похороны, и ты полагаешь, значит, эти твои волшебные друзья наполнили мою шкатулку золотом, чтобы тебе не влетело? Так, значит?
— Думаю, да.
— Ну что же, тогда, выходит, я должен сказать тебе спасибо, — подытожил господин Заткачик.