Выбрать главу

забавы с этой крошкой. Азалия… почти Зара. Он расстегнул ремень брюк и перевёл взгляд

на девушку, приглашая её вниз. Она слезла с дивана и устроилась перед ним на коленях.

Круговорот воспоминаний закружил его. Зара тоже часто стояла перед ним на коленях. В

машине, когда он оплатил «лечение её матери». Это было потрясающе. По телу прошли

импульсы фантомного удовольствия от воспоминаний о любимой бабочке, и мужчина

издал стон, притягивая голову Азалии ближе, входя глубже в её горло. Руки схватили

волосы девушки, сильно оттягивая... Вот он узнал об обмане от Алисии и насилует Зару в

рот перед тем, как отправить в комнату... Снизу раздаются всхлипы и покашливание, но он

ничего не замечает, не имея возможности вырваться из нирваны воспоминаний. Да и не

хотел он…

Внезапно, мысли приняли дугой оборот. Теперь она была замужем и стояла на коленях

перед другим мужчиной. Было больно. Значит, больно будет другому человеку. Человеку, за которого он отдал деньги. Подняв девушку с колен, держа за волосы, Макс расстегнул

лифчик и скинул его на пол. Соски торчали твёрдыми горошинками, упругие груди чуть

ли не подмигивали ему. Слишком большие сиськи, хоть и красивые. Он ударил по одной

груди ладонью, выбивая из Азалии вздох. Потянул за сосок, выкручивая его. Целовать её

совсем не хотелось, только причинять боль, не сильную, легкую… Рука спустилась по

животу к трусикам девушки. Мокрые. Мужчина усмехнулся.

— Ещё одна сучка.

— Что-то не так, сэр? — язвила Азалия.

Макс рассмеялся. Офигенная шлюшка. Трусики больше не мешали ему, будучи

отправленными на пол.

— Всё так. Всё просто отлично, — сказал он и бросил её на стол, стоявший рядом.

Развел ноги девушки в стороны и провел ладонью по мокрому лону. Она дерзко смотрела

на него, словно бросая вызов. Взяла указательный палец в рот, ввела его в себя.

— Нет, детка, трахать тебя буду я. — Макс ворвался в её тело, сжимая до боли талию

девушки.

Переместил руки ниже, на поясницу, и вжал её в себя сильней. Девушка застонала и смяла

в руках груди. Истинная шлюха. Он будто в порнухе снимался. Азалия откинула голову

назад и выгнулась, добавляя к движениям его члена руку, теребя клитор. Макс наклонился

к её лицу и прерывисто произнес, не прекращая сильных толчков: — Мы можем немного изменить сценарий этой порнушки.

Сказав это, он вытащил член и вошёл в анальное отверстие.

— Мы на анал не договаривались! — возмутилась она, привставая на локтях.

— Мне плевать. Я делаю с тобой всё, что хочу. А теперь заткнись. Ты можешь только

кричать, — прорычал Макс и, пригвоздив её обратно к столу, ускорил фрикции, неистово

входя и выходя из неё. И она закричала, хватаясь за его сильные руки. Их глаза

встретились. В его — горел беснующийся огонь, в её голубых — плескался жидкий лёд.

Мужчина перевернул девушку на живот и прижал ягодицами к себе, открывая больший

доступ. Темные локоны рассыпались по спине, и он, не удержавшись, собрал её волосы в

кулак. Вышел из неё, стянул Азалию со стола и прижал к себе, упираясь эрекцией ей

между ног. Зарылся в эти прекрасные волосы и взял свободной рукой член, подвел его ко

входу в её лоно и потерся, дразня.

— Давай уже, — простонала она, прижимаясь к нему.

Долго тянуть он не стал. Заполнил собой её киску и после нескольких грубых

проникновений кончил в неё, издавая глухие стоны. Его Зара… Макс заключил девушку в

объятия, опять утопая в нежном аромате волос, мечтая вернуть всё назад.

— А ты, правда, красавчик. Я так давно не кончала. Твой конёк — грубость, — сказала

Азалия, не замечая его настроения. — Только на анал мы не договаривались! Это цена

сверху.

Макс очнулся и отпихнул её от себя. Это не Зара, это платная сука.

— Хорошая шлюха, — произнес он, держа её за подбородок. — Тебя только в жопу и

трахать. Держи, — бросил пачку из нескольких пятитысячных, даже не смотря, сколько

там.

Он ушёл, чувствуя больше липкое омерзение, нежели облегчение. Зато потрахался. Но

ирония не помогала прийти в норму. Да и поможет ли что-нибудь, вообще?..

Глава 11.

Вязкое чувство усталости обволакивало вены. Словно сама ДНК устала нести

информацию о ее наследственности, устала быть ответственной за то, что она имеет.

Усталость скрипела на зубах, заливалась звуками расстроенной скрипки в голове.

Нейроны заново оживали, отходя от стрессового состояния. Жизнь запустила ток по