— Вот, мне нравится, — решил он и кивнул, одобряя свой дизайн, затем поднялся. Один быстрый поцелуй, и он поставил меня на ноги. — Иди наверх и сними эту футболку. Думаю, роль босса я беру на себя. Согласна?
Я кивнула, словно влюбленная школьница, не способная произнести ни слова.
— Молодец, — сказал он, шлепнув меня по ягодицам.
Это лишь обострило все остальные чувства в моем теле. Я готова была взорваться, а ведь он едва коснулся меня. Все было просто идеально. Мы могли заняться сексом, он мог вернуться вниз на первый этаж и посмотреть глупое видео, а я могла бы лечь спать. Было логичнее переспать с новыми знаниями.
Я бросила футболку на диванчик у изножья кровати и повернулась на звук закрывающейся двери.
— Ни за что. Ты шутишь, — сказала я, увидев его. Эти дни закончились. Ни за что я не позволю ему надеть на меня это устройство.
— Приляг, Габриэлла.
— Нет, я думала ты займешься со мной сексом.
— Оу, мы займемся, но позже. Сначала у меня есть дела. Приляг.
Я стояла голая перед ним, уперев руки в бока, пока он направлялся ко мне. Его губы встретились с моими, и, как маленькая, глупая рыбка, которой я и являлась, я вгрызлась зубами в крючок. Черт. Пэкстон страстно целовал меня, играя пальцами между моих ног, постукивая двумя из них по жаждущему бугорку.
— Приляг, — снова повторил он шепотом.
И, конечно же, я послушалась. Я тут же легла и раздвинула ноги для него. Одной ногой он встал на кровать между моими, вставив в меня два пальца. Еще раз он прикоснулся своими губами к моим, после чего приложил к ним палец, чтобы я не заговорила. Палец, все еще влажный от моих соков.
— Некоторые вещи нужно пробовать, другими наслаждаться. Пососи его, — приказал он шепотом.
Я взяла в рот его палец, ощущая свой вкус и запах, доносящийся до моего носа. Пэкстон сделал несколько поступательных движений пальцем, прежде чем вернуть его обратно к моим обезумевшим гениталиям. Я просто не выдержу пояс верности. Сойду с ума.
Ему понадобилось больше времени, чем нужно, чтобы надеть на меня это, подобное тюрьме, устройство. Удовлетворение было моей пыткой. Сегодня определенно будет один из тех случаев, когда я сама позабочусь о себе.
— А если ты будешь зол на меня, когда вернешься? Что, если ты услышишь что-то, что разозлит тебя?
— Я не разозлюсь. Однако, я изолью свои чувства на тебя и твою истекающую соками киску, но не переживай, моя маленькая Габриэлла. Я позволю тебе кончить.
Я услышала щелчок замка, и в таком положении Пэкстон оставил меня. Лишь поцеловал напоследок, даже не назвав меня своей маленькой шлюхой. Грустно, что меня это не беспокоило. Он мог называть меня как угодно, настолько далеко я забралась в кроличью нору. Не могла даже здраво мыслить, а ведь тогда мне нужно было беспокоиться о том, что он услышит. Волнение охватило все мое тело, в то время как возбуждение росло под поясом, не позволяющим мне прикоснуться к себе. Глупая, глупая, маленькая рыбка.
Глава двенадцатая
Я лежала там наедине с миллионами мыслей в голове и ждала, когда вернется Пэкстон, отшлепает меня и сотворит невообразимые вещи. Те, от которых тело будет молить о пощаде. Ровно двадцать шесть минут. Я знала время, потому что смотрела на нелепые синие цифры, которые сменялись мучительно медленно. То я с трепетом ожидала многочисленных оргазмов, то волновалась о том, что мог услышать Пэкстон. Кого из нас это выведет из себя, его или меня? По какой-то причине я думала именно так. Один из нас займется сексом на почве злости, другой будет выполнять все, что скажет первый. В любом случае, это означало дикий секс. Такой, где в ход идут ногти и зубы.
Но я ошибалась. Пэкстон бесшумно вошел в комнату, не в силах скрыть мрачного выражения на лице. Это я нарушила тишину. Он просто подошел, провернул ключ в замке и освободил меня от хитрого механизма.
— Что, Пэкстон? — тихо спросила я.
В ответ ничего. Он неуверенно смотрел на меня, снимая рубашку и джинсы. Без слов. Несколько раз провел по своему члену ладонью, раздвинул мои колени и вошел в меня в состоянии полуготовности. Мои руки он завел мне за голову, удерживая их одной своей. Наши губы встретились в самом длинном, самом сладком поцелуе, который он когда-либо мне дарил. Мы могли бы получить награду за лучший поцелуй, сними мы его на камеру. Я чувствовала, как он растет во мне с каждым толчком, меняя темп между моих бедер. Подобные движения Пэкстона сменили правила игры. Я пыталась наслаждаться этим моментом вместе с ним. Что-то в его глазах, как он смотрел на меня и занимался со мной любовью, говорило, что именно это мне и нужно.