... Она стояла с его кошельком в руках, засовывая туда деньги. Зеленые купюры валялись на полу, она их поднимала трясущимися руками, что-то тихо приговаривая, он не мог спросонья разобрать. Это был не английский. Он проснулся от того, что рядом никого не было. Пошарив рукой по постели, не обнаружив никого рядом, он встал, чтобы найти Марину. Каково же было его удивление, когда он увидел свет в ванной и её, судорожно пихающую деньги в его кошелек. Желания разбираться в этом дерьме не возникло. Только наказать. Его опять использовали. Видно, это было предначертано ему судьбой — быть использованным. Сучка! Трахалась с ним только для того, чтобы добраться до денег. И почему их всех интересуют лишь деньги?! Неужели в нём нет ничего, совсем ничего, кроме грёбаных денег?
— Ты даже здесь раздвигала ноги, чтобы увидеть купюры, — брезгливо сказал он. — Член и деньги — это всё, что тебя интересует? Не противно было со мной трахаться? Или мысль о деньгах затмевала брезгливость?! — Его руки до боли сжимали ручку двери, грозясь выломать её. Ему нужна была опора, иначе он просто накинется на неё.
— Это не то, что ты подумал...— испуганно промямлила Марина. — Я... просто...
— Ты просто заткнись. Не хочу тебя слушать. Пригрел змею. Очередную змею. — Подошёл к ней вплотную так, что было слышно, как она дышит. — Деньги... ради них можно пойти на всё, правда? — прошептал ей в лицо, беря за подбородок. — Такая красивая, светлая девочка. — Повертел лицо из стороны в сторону. — Но на деле всё та же шлюха. — Сжал лицо в руках. — Ты правильно делала, что не хотела забывать, кто ты есть. От этого не сбежишь. Бл*дскую сущность не скроешь.
— Перестань, Стефан. Прошу. — Марина дрожала. Он был разгневан. Ей было до жути страшно.
— Просишь? Ты умеешь просить? — продолжал издеваться. — Что ж тогда деньги не попросила? И зачем они тебе?
Она молчала. Не хотела вываливать всё это дерьмо из своей прошлой жизни на него. Оно ему не надо.
— Зачем? — прорычал он, сдавливая лицо до боли.
Марина всхлипнула. Придётся рассказать правду. Пусть потом сам решает, как к ней относиться и что делать.
— Я это сделала потому, что...
— Не хочу знать. — Резко отпустил её, отходя. — Я тебя больше не задерживаю.
Она посмотрела на него с непониманием.
— Ты свободна. Даю тебе пять минут, чтобы убраться из моего дома. Не сделаешь этого сама, я тебе помогу, — обманчиво спокойный тон, которым он так мастерски владел.
— Не надо, Стефан. Пожалуйста. Прости меня. — Попыталась взять его за руку, но он отшатнулся от неё, как от прокаженной.
— Я на тебя не в обиде. Просто не хочу жить в одном доме с такой сукой. Мне хватило двух лет с Клер. Ты оказалась ещё хуже.
— Нет, Стефан...
— Не называй меня больше Стефаном. Отныне мы — незнакомые люди. Тебе помочь уйти. Я правильно понял? — Схватил её за локоть, вытаскивая из ванной.
— Не надо! — заплакала Марина. — Не надо... Прости, пожалуйста!
Он довел её до двери и остановился. Взглядом указал на дверь и стал ждать.
— Можно телефон забрать? И вещи? Куда я пойду ночью? Утром... Я уйду утром. Пожалуйста.
— Ты не заберешь ничего из этого дома, даже если это твоё. Ты и утром уйдешь, если я увижу тебя где-то поблизости. А куда ты пойдешь... мне пофиг, — равнодушно говорил он, пряча настоящие чувства за этим бесцветным голосом.
Марина развернулась к двери, но не могла сделать и шага. Куда ей идти? Будь проклят Михаил! И папаша! И вся эта жизнь!!!
— Стефан...
— Хватит,— оборвал он и, открыв дверь, вытолкал на улицу.
Дверь захлопнулась, отрезая их друг от друга. Стефан долго стоял перед дверью, желая позвать её обратно. Может, чёрт с ними, с этими деньгами? Деньги его мало волновали. Обман причинял боль. Он поверил ей, поверил её поцелуям и словам. Нельзя было строить надежды ни на что. Нельзя! Все они лишь охотницы за деньгами. Твоё сердце и твоя душа их мало интересует, только если они не идут довеском с этими самыми деньгами. Он ненавидел деньги, ненавидел своё состояние. Все в первую очередь замечали их, потом только его.
— Только тебе я нужен искренне и по-настоящему, так ведь? — спросил Стефан у бутылки с коньяком.
Вот он, лучший друг на все времена. Чокнувшись сам с собой, он выпил первый бокал...
— Она взяла с собой телефон? — голос Зары пробился в его мозг, пропитанный всеми видами алкоголя, которые он смог найти дома.
— Нет. Она ничего не взяла с собой.
— Где он? Дай мне её телефон, — потребовала она.
Стефан ушел минут на десять. С трудом найдя телефон, и с таким же трудом вернувшись обратно, он протянул его девушке. Зара открыла папку с входящими. Долго искать не пришлось. Знакомый номер сразу бросился в глаза. Номер преисподней. Михаил. Он добрался своими гадкими руками и до Марины. Она крепко зажмурилась и кинула телефон в стену. Встав, отошла к окну. И почему руки этого подонка достают их везде?! Стефан внимательно следил за Зарой, понимая, что происходит что-то важное. Даже в голове прояснилось.