— Да-а, — наигранно потянулась и зевнула она, прогоняя с лица тень страха, который незамедлительно появлялся при виде Макса.
Наклонившись к ней, он оставил на её губах легкий поцелуй. Как этот человек мог так спокойно её целовать, как он мог жить спокойно?! Ходит тут сейчас довольный и счастливый, а что в данный происходило с теми девушками? Зара закрыла глаза, считая до десяти. Не помогало. Значит, будет считать до тысячи.
— Что с тобой происходит, малышка? — спросил он, переодеваясь.
Больше красивое мужское тело не вызывало восторга, не вызывало желания, оно вызывало лишь СТРАХ. Что это тело могло делать с женщиной, кроме как заниматься умопомрачительным сексом? Сердце снова застучало, как сумасшедшее. Она знала, что он мог делать... Догадывалась.
— Просто любуюсь твоим телом, — через силу ответила она, на самом деле представляя, как обладатель этого тела издевался над своим жертвами. Бил ли он только руками, или и другими частями тела — тоже? Её укусы были еще не самыми страшными увечьями, которые он был способен нанести...
— Это тело в твоем распоряжении, крошка, — подошёл к ней, уже абсолютно голый, без полотенца. — Не видела мою рубашку? — томно спросил он, целясь своим достоинством прямо в неё.
А он уже был готов. Только этого ей не хватало.
— Думаю, сначала лучше будет надеть трусы, — произнесла Зара, отводя от него взгляд.
— А я думаю, что лучше будет сначала снять твои, а потом уже надеть мои, — залез к ней на кровать и повалил на спину, соприкасаясь своим горячим телом с её.
— Можно и так, — Зара постаралась придать голосу как можно больше бодрости. Пусть трахнет её, всё равно. Лишь бы побыстрее всё это закончилось.
Макс стянул с неё бельё, действуя грубо и нетерпеливо. Руки тут же опустились на груди, а губы начали оттягивать соски. Холод — это всё, что она чувствовала. Его горячий язык и смелые, дерзкие поцелуи, граничащие с укусами, вызывали лишь трепет страха. Никакого равнодушия, секс с ним всё так же вызывал бурю эмоций. Только теперь эта буря приобрела отрицательный окрас. Пока его руки и язык вытворяли различные пошлости с её телом, она выгибалась и стонала, умело имитируя наслаждение. Но грёбаная кровь в венах не хотела таять, а лишь больше застывала с каждым его поцелуем. Страх переполнил её, когда он вошел в неё одним ударом. Зара закричала, обхватывая его шею и прижимаясь ближе. Чертовски страшно... Вдруг ему сейчас хочется ударить её или сделать что-нибудь ещё более страшное?
— Какая-то ты сегодня странная, — кончив, сказал Макс, чмокнул в щёку и вышел из неё, ложась рядом.
— В смысле? Что-то не так?
Вроде хорошо сыграла.
— Не знаю, что именно не так. Но твоя страсть сегодня не горячая и искрящаяся, а тихая и холодная... Да что там, посмотри на мою спину. — Перевернулся на живот, открывая её взору спину.
— И что? Нормальная спина.
— А я о чём? Если мне не изменяет память, на ней всегда раньше оставались царапины.
— Ну-у, мне было жалко портить шкуру своего тигра, — промурлыкала она и поцеловала его, глубоко проталкивая язык ему в рот. Ногти впились в спину, показывая то, что он хотел видеть — страсть.
Он застонал и ещё больше углубил поцелуй. И почему она не чувствует сладостной пульсации внизу живота от его прикосновений и поцелуев? Куда оно всё так быстро испарилось? Этот мужчина теперь вызывал лишь отторжение. Зара прижалась к его телу, словно спасаясь от своих же страхов. Это было неправильно, совсем неправильно. Он все поймет рано или поздно, она уже начала выдавать себя...
— Ну, всё, детка. Теперь я вижу, что ты просто спросонья не успела выпустить дикую кошечку наружу. — Подарил последний поцелуй. — А тигру пора на работу, зарабатывать деньги своей кошечке на шубки.
Она улыбнулась ему, закутываясь в одеяло. Лучше ему не видеть её голое тело лишний раз... А то кто знает, как его сумасшествие отреагирует.
— Кстати, ты тоже можешь собираться.
— Куда? — испуганно спросила Зара, думая только об одном месте, куда её могли пригласить.
— На работу. — Странно посмотрел на неё. — Ты точно хорошо себя чувствуешь?
Кивок.
— Может, ты об отце до сих пор волнуешься? Не надо. Ты ему действительно понравилась. Или обижаешься, что не рассказал о Стефане и прочем? — Сел рядом, нежно беря её за руку. — Расскажу. Обещаю. Но позже, ладно?
— Да, я переживаю, что не понравилась Джеку. Очень бы хотелось быть не хуже Алисии, — выдавила из себя улыбку. — С рассказами о прошлом я тебя не тороплю. Можешь вообще не рассказывать, я не обижусь. А с чего вдруг на работу решил вернуть?