Телефон перестал звонить, оставляя все попытки дозвониться. В этот же момент закрылись и глаза девушки, принося ей такое желаемое забвение.
* * *
— Очнись, твою мать! — Голос Макса прорывался сквозь туман в голове Зары. Её тело трясло, как на диких скачках, кости ломило, и в горле пересохло.
Но что он делал на том свете? Он же должен был быть жив! Что он с собой сделал? И почему она так странно себя ощущала? Зара протянула правую руку к Максу, ориентируясь на его голос. Левая словно была залита свинцом и сильно болела. Но и правая рука быстро опустилась вниз, нащупывая лишь пустоту, что стала такой осязаемой. Через закрытые глаза проникал солнечный свет, расплываясь неприятными пятнами всех цветов. Зара тряхнула головой, стараясь прийти в себя, но ей не удалось вынырнуть из забытья. Это все было неправдой, какой странный сон…
Отрезвила девушку пощечина. Затем ещё одна. Собрав все силы, Зара открыла глаза, чтобы посмотреть, кто осмелился бить ее ТАМ. Макс? Опять он? И квартира его...
— Что я тут делаю? — похрипела Зара, горло горело огнем. — Дай пить.
Макс принес ей стакан воды. Его лицо было каменным, а глаза ничего не выражали. Сталь, веявшая холодом, пугала Зару. Сейчас он был готов на многое. Как она напугала его своей выходкой! Девушка осушила стакан за секунду и протянула его обратно Максу. Он забрал его и молча вышел из комнаты. Через минуту вернулся с полным стаканом, но не протянул его Заре, а... вылил ей на голову.
— Что ты творишь?! — возмутилась она, зажмуриваясь. — Я не могу пошевелить даже рукой! Как мне теперь вытереться?
Она была так беспомощна — с забинтованными руками и мокрая от вылитой воды. Максу было дико жаль её. Но от этого злость не уменьшилась, а даже ещё больше усилилась. Он молча вытащил платок из кармана пиджака и промокнул лицо Зары, стирая кровавые разводы со щёк и смотря на платок с отвращением. Девушка дрожала, боясь, что он сейчас сорвётся и ударит её. Нервное напряжение достигло пика, больше она не могла держаться. Слёзы опять побежали ручьями из глаз.
— Тише. Не плачь, — шептал Макс и нежно проводил руками по чистым щекам, собирая слёзы пальцами.
Он отбросил платок, ставший красным, в сторону. Зара перевела взгляд вниз. Платок был в крови, руки − перебинтованы. Она хотела покончить с собой. Самоубийца. Она всё-таки сломалась. И уже не починится. Все, кто хоть раз делал шаг за черту, обречены. Зачем он был так нежен с ней сейчас? Она убийца и самоубийца. Её судьба была написана кровью. Зара дернулась от Макса, как от огня, врезаясь в спинку кровати.
— Успокойся, — тихо сказал, протягивая руку.
Он просто протянул ей руку, ожидая ответа с её стороны. Зара покачала головой, отказываясь идти на контакт. Она была похожа на загнанную в угол львицу. В голове Зары проносились тысячи мыслей со скоростью света. Что теперь делать? Как смотреть ему в глаза? Как быть? Девушка закрыла глаза, решая забить на всё. Пошла вся эта жизнь к черту! Ей всё так же хотелось спать. Лучше она поспит. Да, это будет лучшим решением. Зара начала проваливаться в сон, когда ещё одна пощечина обожгла щеку, взрываясь огненной вспышкой в сознании.
— Смотри на меня, чёрт возьми. — Ледяной голос Макса и не менее ледяной взгляд, приковывающий к себе.
Зара послушалась. Подчиняться сильному мужчине, самцу. Природа распределила роли именно так.
— Вот так, малышка, — уже мягче сказал он, убирая с ее лица прилипшие прядки. — А теперь скажи мне что-нибудь, дай понять, что ты в своем уме.
— Что ты хочешь услышать? Что я конченная психованная дура? Да, это так! — Сорвалась на крик Зара, мало что соображая в теперешнем состоянии.
Ну, хотя бы, больше не плакала. В душе была абсолютная пустота, вакуум. Почему же тогда было тяжело дышать? Пустота — она, вроде, лёгкая? Но на деле она давила изнутри, ломая рёбра.
— В своем, — пробормотал себе под нос Макс и осторожно дотронулся до локтя Зары. — Можно тебя обнять? — ласково спросил, заглядывая ей в глаза.
Она неуверенно кивнула, не отводя от него взгляда. Макс аккуратно подвинулся к Заре и обнял ее. Он опять видел в ней ребёнка. Если быть точным, то он видел сейчас подростка. Дети суицидом не занимались. Как, вообще, ей в голову пришла подобная глупость? Макс терпеть не мог самоубийц. Слабаки. А слабость он на дух не переносил. Проще всего было спрыгнуть с крыши или пустить себе кровь, куда сложней бороться. Падать и вставать. Идти дальше или ползти, если даже совсем нет сил. Пытаться решать проблемы вновь и вновь, но никогда не сдаваться! А что сделала она?! Макс надеялся услышать вразумительный ответ, хоть какое-то стоящее оправдание, иначе ей не поздоровится, и она точно пожалеет о том, что попытка суицида не удалась.