– Очень жаль, сэр.
Ветинари побарабанил пальцами по столу.
– Что вы сделаете, Ваймс, если я задам вам прямой вопрос?
– Я откровенно солгу, сэр.
– Тогда я не стану спрашивать. – Патриций тонко улыбнулся.
– Спасибо, сэр. Тогда я не стану лгать.
– Где арестованные?
– Распределены по участкам, сэр, – ответил Ваймс. – Когда они проспятся, мы вымоем их под струей из пожарной кишки, запишем имена, выдадим квитанцию на оружие, напоим чем-нибудь горячим и вытолкаем на улицу.
– Оружие очень важно для них с культурной точки зрения, Ваймс, – напомнил Ветинари.
– Да, сэр, я в курсе. Но лично у меня сильнейшее культурное предубеждение против того, чтобы мне вышибали мозги или подсекали колени, – сказал Ваймс, подавив зевок, и ребра тут же запротестовали.
– Да уж. Есть пострадавшие?
– Ничего такого, что нельзя вылечить, – Ваймс поморщился. – Должен сообщить, что мистер Э. И. Пессимал отделался сломанной рукой и множественными ушибами.
Ветинари не на шутку удивился.
– Инспектор? Что он там забыл?
– Э… он набросился на тролля, сэр.
– Прошу прощения? Мистер Э. И. Пессимал набросился на тролля?
– Да, сэр.
– Мистер Э. И. Пессимал?
– Так точно, сэр.
– На целого тролля?
– Да, сэр. Он его укусил.
– Мистер Э. И. Пессимал? Вы уверены? Человечек в начищенных ботинках?
– Да, сэр.
В бушующем море вопросов Ветинари ухватился за спасительное:
– Зачем?!
Ваймс кашлянул.
– В общем, сэр…
Тролли превратились в живую картину. Они стояли и сидели там, где их застал «Большой молот». Несколько пьянчужек вяло пытались драться, а один защищал бутылку контрабандного шерри, намереваясь любой ценой высосать последнюю каплю, но констебль Дорфл, голем, перехватил его и стукнул головой оземь.
Ваймс брел по площади, пока стражники волокли или катили сонных троллей, складывая их аккуратными рядами в ожидании полицейского фургона. А потом…
…у Кирпича выдался неудачный день. Он выпил кружку пива. Ну, может, не одну. Ета, ну и что тут плохого?
И тут прямо перед ним, ета, появился какой-то в шлеме, и все такое, ага, мож, и гном, насколько могло судить бурлящее, блуждающее закоулками сознание Кирпича. Какого черта, решило сознание, раз это не тролль, то, типа, все нормально. Дык. И вот она, дубинка, ета, прямо в руках…
Повинуясь инстинкту, Ваймс обернулся в ту секунду, когда тролль, открыв красные глаза, моргнул и размахнулся дубиной. Ваймс, как будто в замедленном действии, попытался увернуться, но дубина врезалась ему в бок, подняла, подбросила в воздух и швырнула наземь. Он услышал крики – и тут тролль тяжело шагнул вперед, занеся дубину, чтобы сровнять противника с землей.
Кирпич понял, что на него напали. Он остановился и посмотрел вниз, на свое правое колено. Мозг так и искрил. Ета, какой-то мелкий гном или типа того набросился на него с тупым мечом, пинал и вопил как чокнутый. Кирпич решил, что ето пиво виновато. От пива ему казалось, что у него из ушей валит огонь, че. Он одним движением руки смахнул мелкого надоеду.
Ваймс беспомощно смотрел, как Э. И. Пессимал катится по мостовой. Потом тролль вновь обернулся к нему, сжимая дубину. Но Детрит, который наконец подоспел на выручку, громадной ручищей выхватил оружие у тролля – а потом обрушил кулак, подобный гневу богов.
У Кирпича все в глазах потемне…
– Вы хотите мне внушить, – сказал патриций Ветинари, – что мистер Э. И. Пессимал попытался практически голыми руками атаковать тролля?
– И ногами тоже, сэр, – заметил Ваймс. – А еще он его укусил.
– Разве он не шел на верную смерть? – спросил Ветинари.
– Кажется, это его не волновало, сэр.
В последний раз Ваймс видел Э. И. Пессимала, когда того перевязывал Игорь. Инспектор полубессознательно улыбнулся. Стражники то и дело заглядывали, чтобы сказать что-нибудь вроде «Ну ты даешь, громила» и похлопать его по спине. Мир перевернулся для Э. И. Пессимала.
– Могу я полюбопытствовать, Ваймс, отчего один из моих наиболее добросовестных и несомненно штатских служащих оказался в таком положении?
Ваймс неловко заерзжал.
– Он изучал Стражу, сэр. Хотел побольше про нас узнать.
Он посмотрел на Ветинари, как бы говоря: «Еще немного – и мне придется солгать».
Ветинари ответил взглядом: «Я знаю».
– Вы сами не слишком сильно пострадали? – спросил он вслух.
– Несколько царапин, сэр.
Во взгляде патриция читалось: «Сломанные ребра?»
Ваймс ответил: «Ерунда».
Ветинари подошел к окну и взглянул на просыпавшийся город. Некоторое время он молчал, а потом вздохнул.