Ета, а шахта с теми гномами — правда или нет? Он, типа, пошел искать укромное местечко, чтоб отлежаться и поглядеть красивые картинки, и вдруг — опаньки! — оказался в гномьей норе. Ну, ето точно глюк. Хотя-я… на той улице говорили, типа, что какой-то тролль залез в гномий ход, ага, и все теперь его ищут, и вовсе не затем, чтоб поздороваться… Говорят, Лавина очень, очень хочет его найти. Пацаны разозлились. Пацанам не понравилось, что какой-то тролль, ета, замочил гнома, который говорил плохие слова. Они там, ета, рехнулись все, что ли? Хотя-я… неважно, рехнулись или нет, потому что они, ета, будут задавать вопросы, от которых потом больно целый месяц, так что, ета, он лучше спрячется подальше…
С другой стороны… Гномы все равно не отличают одного тролля от другого. И никто его не видел. Поэтому, типа, надо вести себя как всегда. И все будет тип-топ. Тип-топ, ага. И ваще, ето ж не мог быть он…
До Кирпича… — ага, ета, типа, меня так зовут, я ж всю дорогу помнил — до Кирпича дошло, что на дне мешочка у него еще осталось немного белого порошка. Теперь надо только найти испуганного голубя и капельку спиртного. Любого. И тогда все будет тип-топ. Дык. Да ваще. Не о чем беспокоиться.
Дык.
Когда Ваймс вышел на улицу, залитую ослепительным солнечным светом, первое, что он сделал, так это втянул побольше воздуха, а затем вытащил меч и поморщился, когда раненая рука дала о себе знать.
Свежий воздух. О да. Под землей у Ваймса кружилась голова и крошечный порез чесался. «Пусть Игорь на него глянет. В подземной грязи можно подцепить любую дрянь».
Да, вот так уже лучше. Ваймс почувствовал, что остывает. Внизу ему было не по себе.
С первого взгляда толпа на улице уже всерьез походила на банду, но со второго взгляда Ваймс определил, что она скорее напоминает кекс с изюмом. Вовсе не нужно много людей, чтобы превратить встревоженную, возбужденную толпу в боевую силу. Там крикнуть, тут пихнуть, здесь бросить камень… и тогда, если правильно постараться, нерешительные и робкие индивидуумы сольются в большинство, которого, по сути, не существует.
Детрит по-прежнему стоял как статуя и, видимо, не обращал внимания на растущий гам. Но Кольцедел… о, черт. Он горячо спорил с первыми рядами. Стражнику нельзя спорить! Нельзя позволять втягивать себя в скандал!
— Капрал Кольцедел! — рявкнул Ваймс. — Сюда!
Гном повернулся — и тут же половинка кирпича, пролетев над головами, с лязгом отскочила от его шлема. Стражник повалился, как срубленное дерево.
Детрит двигался так быстро, что добрался до середины толпы, прежде чем Кольцедел рухнул на булыжники. Тролль сунул руку в гущу спрессованных тел и извлек оттуда извивающегося нарушителя. Затем он развернулся, зашагал обратно по проходу, который еще не успел сомкнуться, и остановился перед Ваймсом. Шлем Кольцедела вращался на мостовой.
— Отличная работа, сержант, — вполголоса сказал Ваймс. — У тебя есть план, что делать дальше?
— Я, ета, в основном тактик, сэр, — ответил Детрит.
Ну-ну. В такие минуты нельзя спорить — и нельзя отступать. Ваймс вытащил и поднял повыше значок.
— Этот гном арестован за нападение на офицера Стражи! — заорал он. — Пропустите нас, именем закона!
К его удивлению, толпа затихла, совсем как школьники, которые поняли, что на сей раз учитель разозлился всерьез. «Может быть, — подумал он, — все дело в словах на значке. Их-то не сотрешь».
В тишине из свободной руки гнома, которого крепкой хваткой держал Детрит, вывалилась вторая половинка кирпича. Годы спустя Ваймсу достаточно было закрыть глаза, чтобы припомнить стук, с которым кирпич упал на мостовую.
Ангва выпрямилась, держа на руках безчувственного Кольцедела.
— Он оглушен, — сказала она. — И, кстати, сэр, обернитесь на секундочку…
Ваймс рискнул оглянуться. Пламен — по крайней мере, этот гном в кожаном облачении вполне мог быть им — стоял в тени за дверью. Толпа смотрела на него.
— Нам дозволено уйти? — уточнил Ваймс, кивком указывая на гнома.
— Думаю, это самое лучшее, сэр, вам так не кажется?
— Ты права, сержант. Детрит, держи крепче этого придурка. Возвращаемся, ребята.
Толпа почти беззвучно расступилась, пропуская их. Тишина сопровождала стражников всю дорогу до Псевдополис-Ярда…
…А там ждал Отто Шрик из «Таймс» с иконографом наготове.