Изначально, баржа названная в честь какого-то китайского деятеля с труднопроизносимым именем на одном из многих диалектов Поднебесной, была скорее научным, чем военным кораблём. Что, впрочем, не помешало Штатам разместить на ней контингент морской пехоты. Небольшой, конечно, даже не отделение, а всего лишь трое бойцов. Но чем бы дитя не тешилось, лишь бы финансирование давало, такой была философия Альянса в годы формирования.
Бесполезному грузу в космосе не место, и учёные постепенно завели привычку привлекать солдат к «чёрной работе» — подай-принеси, только за бортом корабля. Так что, на очередных раскопках аномалии на Титании, крупнейшей из лун Урана, присутствовал сержант Джонс, десятилетний ветеран корпуса. Когда посадочный аппарат вернулся с поверхности то, как показала видео запись, первой из шлюза вылетела отрезанная голова. За ней — ломик, прямо в глаз капралу Моррису, и сам Питер, который не мешкая вспорол ножом живот замершему в ужасе ефрейтору Чангу.
Затем началась резня. Огнестрельное оружие находилось в сейфе под замком, да и с ним, вряд ли бы перепуганные учёные смогли бы остановить обезумевшего морпеха. Сержант одного за другим отыскал и жестоко убил каждого из пятнадцати членов экипажа — под молчаливым взглядом видеокамер безопасности. Затем, псих погрузился на посадочный аппарат, отстыковался, и направил его вглубь ледяного гиганта, где и сгинул. Запоздало прибывшие на борт спасатели нашли лишь записи с камер и сенсоров баржи.
Естественно, такое не должно было остаться без внимания — на место, на одном из немногих тогда ещё сверхсветовых кораблей, прибыли следователи и высокое военное начальство… которое приказало дело замять. Казалось бы — дичь. Как можно замалчивать массовое убийство? Но записи камер показали уж очень неудобную картину. Джонс, мало того, что был негром, так ещё и сошёл с ума на расистско-гомосексуальной почве. Во время убийств он кричал, «darkness must not be penetrated!» никто не должен проникнуть во тьму, и «white balls will belong to me,» то есть белые яйца будут его. Хорошо, хоть не отрезал их никому. В Штатах тогда опять начались какие-то расовые волнения, так что чёрный озабоченный космический маньяк убийца расист в новостях был никому не нужен.
***
— Так я не понял, — заметил Заид, — если дело замяли, то откуда подробности?
— Так батя был одним из следаков, — объяснил Леший, — он с тех пор ни негров ни гомиков на дух не переносит.
Лиара же выразила предположение, что возможно не так всё просто было — мало ли что могли раскопать на Титании. Вон, на планете Требин, например, недавно случилась несколько похожая история, команда геодезистов нарвалась на «зубы драконов,» зомбирующие артефакты Жнецов. В любом случае, никто уже не узнает, кто проник в тёмную дыру Чорного Властелина, и какую роль в этом играли белые мячики.
— Эх, галакты, — подала голос Спектр, — хотите про резню? Будет вам про резню.
***
Рассказ Вазир. Ужас Камакри.
Прагия — гнусная планета. Опасная, жаркая. Что флора, что фауна кишат мутантами, а всё благодаря осиневшим что лазурец от хитрож. пости батарам, которые пару сотен лет назад возомнили, что познали все секреты природы матушки. Как результат — дикая, еле обитаемая планета-сад в Аттиканском Траверсе. Разумные на ней есть, но если встретишь одного из них — то либо убей, либо беги, так как нормальные галакты в этом аду не выживают. А выживают там убийцы, наркодельцы, наёмники, разведчики, и прочие любители спрятать свои делишки там, где любые следы вскорости переварят.
Жизнь наёмника полна опасностей. Возможно поэтому, даже успешные частные военные корпорации долго не живут — в конце концов, они откусывают больше, чем способны прожевать. До Синих Солнц и Затмения, лет семьдесят назад, существовала корпорация Камакри. В принципе, обычная сборная солянка из амбициозных туриков, асари и батаров, даже не самая крупная. Как ни странно, политика компании не приемлила ни саларов ни кроганов, хотя, говорят, среди рядовых членов попадались и ханары, и элкоры и, даже, дрели. Видно, что-то не поделило с вышеозначенными расами руководство шайки.
Так вот, о Прагии — к тому времени она уже была такой же клоакой, как сегодня. В джунглях мутанты жрали мутантов, а галактические отбросы разной степени одиозности творили среди них тёмные делишки. Кто по наглее — ближе к полярным широтам, где более комфортно, но не так легко затеряться. Камакри были достаточно наглыми — взяли «чёрный» контракт у одной из третьесортных Республиканских корпораций и кинули нанимателя. Ведь все знают, что самые-самые богатые галакты, это отнюдь не волусы, а матроны и матриархи асари. Но с другой стороны, у не слишком известной компании не будет нужных связей и влияния, чтобы за кидалами отправили Спектра, ну, а юстициаров за пределами Республик как правило никто не опасается… хоть и зря. С другой стороны, некоторое время пришлось пересидеть — уж очень жирный куш хапнули наёмники.
Сама же история началась с утра. Грузовой челнок, которым затейники пользовались, чтобы периодически проверять спрятанный в системе дестроер (корабль крупнее фрегата, но далеко не крейсер), на взлёте поймал в брюхо ракету и рухнул в джунгли. Пилот с офицерами на борту не пострадали — не такой большой была высота, но летательный аппарат был разбит в хлам, оставив тридцать двух наёмников куковать на поверхности месяца три, до следующего планового визита из корпоративного центра. Почему не тридцать трёх? Потому, что батар, из чьего ПЗРК и был сбит шаттл, был в тот же день найден на берегу болота близ базы со свёрнутой на пи радианов шеей… перерезанной для верности.
Бывает… Всякое бывает — никто не думал, что жизнь галактического головореза полна лёгких денег, ведь в их бизнесе галакт галакту варрен. Меры безопасности усилили, начали более регулярно патрулировать территорию вокруг лагеря. Но эффект оказался противоположным — патрульные начали пропадать. Это было не смешно. По приказу командира, турика по имени Марус, крупным отрядом прочесали окрестности базы. Пятерых потеряшек нашли — прикопанных в неглубокой братской могиле, которую начали растаскивать падальшики. Трупы сожгли, благо огнемёты всегда с собой. На Прагии, если вовремя не выжечь подбирающую растительность рискуешь проснуться с чьими-то зубами или шипами в заднице. А на обратном пути пропала ещё одна асари. Её обглоданный костяк так и не нашли. Наёмников осталось двадцать пять.
Патрули стали более редкими, и ходили они группами по трое. Вот только отвернувшегося поссать в болото батара это не спасло — неведомая сила затянула его в воду, и наверх всплыл труп в пятне крови, на который тут же набросились жабопиявки. Его напарники отстрелялись по воде, потратили все гранаты, но всего лишь наглушили рыбин и тех же жабопиявок. А по дороге в лагерь, идущий сзади батар ни с того ни с сего напоролся нижним правым глазом на сук. И поделом — нечего без шлема ходить. Осталось двадцать три галакта.
На следующий день патруль не вернулся совсем, хоть и был приказ ссать в броню, если припрёт. Никто не узнал, что одного турика зарезали в затылок, второго задавило упавшее дерево, а батар получил несовместимое с жизнью ранение в печень. Их осталось двадцать.
Марус заволновался. Оставшийся контингент заперся на базе, за металлическими стенами. На утро не досчитались часового. Девятнадцать. Дежурить стали парами, хоть и перестали высыпаться. Три дня проблем не было, а на четвёртый к утру в лагерь забрались слизистые змеи. Заметили их не сразу… В строю осталось пятнадцать наёмников — оплёванные нервно-паралитическим ядом отошли к вечеру. Пришлось толпой выходить из лагеря и выжигать полосу отчуждения. На следующий день тоже, так как проклятая трава вырастала за день чуть ли не до колена. А вечером, оказалось, что пропали правоаминные припасы — зажигалка в ларь с рационами. Марус бушевал, но ничего не мог поделать. Ему и троим оставшимся турикам пришлось затянуть пояса потуже. Думать о том сколько осталось недель до еды четверо голодающих не желали.