Мартин (по внутренней связи):
— Не получится. Он резистентный, как бактерия к антибиотикам.
Ассистент (по внутренней связи):
— Ладно. Обнаружен вражеский объект.
Мартин (по внутренней связи):
— Осуществляется переход в боевой режим. Да? Нет? Да! Как давно я хотел это сказать!
Кеша, уже с минуту пребывающей в состоянии острой невостребованности, выскакивает из-за дивана.
Кеша:
— Это кто тут бактерия? Это я-то — бактерия?
Плечистый:
— Это он?
Корделия:
— Ага, антропоморфная разновидность центаврианской моли.
Киборги обходят диван и берут противника в клещи. Кеша мечется, как попавшая в паутину муха.
Мартин:
— Сколько я зарезал, сколько перерезал…
Кеша:
— Помогите, хулиганы зрения лишают!
Катрин бросается на помощь своему любимцу. Встает на пути киборгов, раскинув руки. Кеша прячется за ее спиной.
Катрин:
— Не позволю! Только через мой труп!
Мартин (с надеждой глядя на Корделию):
— Приступить к исполнению?
Корделия:
— Мама, ты препятствуешь воспитательному процессу.
Катрин:
— Я не позволю им калечить моего мальчика!
Мартин (обращаясь исключительно к самому себе):
— Вот так всегда. Только раскочегаришься, войдешь в боевой режим, и — на тебе! О, женщины, имя вам — динамо!
Кеша неожиданно выступает вперед с видом христианина, идущего на римскую арену.
Кеша (трагически):
— Не надо! Я сам. Я сам готов предать себя в руки своих мучителей. Я готов претерпеть все муки, выпавшие на мою долю. Судьбе было угодно сделать меня разумным, единственным в череде моих неразумных собратьев, отметить меня печатью избранности, и за это я обречен страдать. Обречен быть жертвой зависти и подлости, жертвой похоти и насилия. «С кем был! Куда меня закинула судьба! Все гонят! Все клянут! Мучителей толпа…»
Плечистый (шепотом Корделии):
— И часто он так?
Корделия:
— А это его нормальное состояние.
Кеша (заводя глаза и подвывая):
«О если бы моя тугая плоть…»
Мартин:
— Э, Гамлета не трожь. Гамлет — это мое. Я первый начал.
Кеша (выходя из образа):
— Это когда?
Мартин:
— Ты тогда еще не родился.
Кеша (по внутренней связи):
— А разве до меня была жизнь?
Мартин (по внутренней связи):
— Представь себе, целое макси.
Кеша (по внутренней связи, возмущенный до глубины души):
— Без меня?! Это нечестно! Нечестно!
Мартин (по внутренней связи):
— Все претензии к автору.
Кеша (уже вслух):
— Да? Ну ладно. А кого можно?
Мартин:
— Давай Отелло.
Кеша (снова входя в образ):
«Она меня за муки полюбила, а я ее — за состраданье к ним».
Бросается к Катрин. Та растроганно гладит его по голове.
Мартин:
— Можно, я его придушу?
Корделия:
— Это Дездемону придушили. А Отелло самоубился.
Мартин:
— Тогда я его самоубью. Он случайно упадет на что-нибудь острое. А потом еще семь раз. Или восемь.
Плечистый растерянно чешет затылок.
Плечистый:
— Да-а, тут одним баллоном не обойдешься.
Ассистент:
— Полине мама еще компот обещала.
Корделия (умоляюще складывая руки):
— А клетка у вас не сохранилась?
Плечистый:
— Увы… Разобрали за ненадобностью. Принятые в нашем подотделе педагогические приемы срабатывают и без радикального воздействия.
Корделия (робко):
— А может быть, и с нашим попробуете? Без радикального. Вон на старшенького моего как положительно повлияли. Нарадоваться не могу. Чудо, а не ребенок… то есть киборг. И к учебе интерес проявляет, и по хозяйству шустрит, и тещу уважает. (Глаза Мартина на мгновение вспыхивают красным) А вот младшенький… Вы же понимаете. Им мужская рука требуется. Твердая. А у нас сами видите, коллектив чисто женский, эмоционально и гормонально неустойчивый… Я все материальные издержки беру на себя!
Плечистый снова пытается поскрести в затылке.
Плечистый:
— Ну-у, это с капитаном говорить надо.
Ассистент:
— Irien’a на борту Станислав Федотович точно не выдержит.
Катрин:
— Это какой Станислав Федотович?
Корделия:
— Это тот самый славный капитан с «Космического мозгоеда», где такой милый доктор.
Катрин:
— Это тот невежа от медицины, который заявил, что я совершенно здорова? Это я-то здорова? Я? Когда у меня такие… нервы!
Корделия (искренне изумленная):
— Мама, но Вениамин Игнатьевич…
Катрин:
— И не убеждай меня! Ты всегда ценишь мнение каких-то шарлатанов, а не мое самочувствие. Зачем заботиться о бедной, престарелой матери, если она, оказывается, здорова! А то, что у нее сердце не на месте…
Корделия (ехидно):
— Престарелой?
Катрин, осознав ошибку, быстро переводит разговор на другую тему.
Катрин:
— И вообще, что ты задумала? Куда ты собираешься отправить бедного Кешеньку?
Корделия:
— В колонию для трудновоспитуемых киборгов! «Космический мозгоед» называется.
Катрин:
— Куда?
Пока происходит вся эта перепалка, забытый Кеша подбирается к баллону с огурцами, откручивает крышку, выуживает скособоченный, раздутый с одного конца плод и начинает жевать. Покончив с одним, выуживает второй. Когда присутствующие обращают на него внимание, он уже занимается третьим. Наступает тишина.
Кеша (с набитым ртом):
— Ну шево? Фолотный йа.
Ассистент:
— Допустимый процент ботулосодержащих веществ превышен вдвое.
Плечистый:
— Слушай, пацан, а тебе плохо не будет?
Кеша отрицательно мотает головой и продолжает поглощать огурцы.
Катрин (в ужасе):
— Кешенька, плюнь, плюнь немедленно!
Кеша снова мотает головой.
Мартин (задумчиво):
— Я же говорил, что у него там антипригарное покрытие.
Корделия:
— Кешенька, разве мы тебя плохо кормим?
Кеша (продолжая жевать):
— Хорошо. Это все мое голодное детство.
Ассистент (сочувственно):
— Хозяева морили тебя голодом?
Кеша снова мотает головой.
Кеша:
— Нет, диетами.
Корделия:
— Это как?
Кеша:
— Они на мне диеты испытывали. (Начинает загибать пальцы) Сначала безуглеводную. Смотрели, что со мной будет. Кормили грейпфрутом, отварными овощами, отварной рыбой и шпинатом. А сами пирожные ели. (Всхлипывает) У меня на глазах. И шоколад, и печеньки, и тортики. А потом… бессолевую. Салат из вареной капусты на растительном масле. Вечером стакан кефира и тертая морковь. А потом была еще кето-диета, кремлевская диета, диета по группе крови, диета Дюкана, диета Магги, диета Малышевой… И-и-и…
Вытирает выступившие слезы и заглатывает очередной огурец. Катрин хватается за сердце. Корделия переглядывается с Мартином.
Корделия:
— Вот, а ты на жизнь жаловался. Тут такая трагедия! Тертая морковь.
Кеша тем временем расправляется с последним огурцом.
Кеша:
— А компот?
Плечистый (выходя из ступора):
— Ему что — мало?
Ассистент:
— Согласно техпаспорту, Irien’ы обладают вариабельным размером внутренних органов.
Кеша икает.
В это время всеми забытая Камилла наконец-то подбирается вплотную к плечистому и начинает исследовать доступные ей части его тела. Плечистый по причине плотного комбеза не сразу ощущает эти познавательные поползновения, что дает Камилле возможность ощупать его плечи, спину, а затем уже ниже приспособленные области. Совершать манипуляции ей приходится одной рукой, потому что в другой у нее по-прежнему половник. Странное воздействие все же привлекает внимание плечистого, и он оборачивается. Видит перед собой странное существо в желтом жилете и с половником. Плечистый шарахается.
Плечистый:
— А-а… Кто это?
Корделия:
— Не пугайтесь. Это еще один экспонат нашего дурдома. Позвольте представить. Кузина Итт. Издает нечленораздельные звуки и обрастает шерстью.