-Ладно, ладно, умыла. Но несколько вариантов под съём мы тебе можем подкинуть.
-Если есть, спасибо.
-Хм-ф, обижаешь, Лада. А поехали- ка сразу и посмотрим?
-И куда?
-А где бы ты хотела, в каком районе?
-Лучше бы ближе к офису. Я хоть и не на общественном транспорте, а на своём «жуке» езжу, да всё равно же дольше выходит.
Саврасов мысленно дал себе подзатыльник. О как, собственный шофёр кто знает, когда домой возвращается, на сон ей остаётся хрен да ни хрена – опять же её фразочка. А он со своими личными и рабочими делами об этом даже не задумывался ни разу. Он был благодарен её такту, что не озвучила свою мысль вслух. А сам уже вспоминал свой рынок жилых помещений вблизи здания компании.
-Мне отчего-то кажется, что тебе по твоей натуре не пойдут цветики-рюшечки. Я же прав?
-Ну, да, это не моё.
-Знаю! Разворачивай.
Он даже подскочил, вспомнив один из своих домов, переделанный под лофт-аппартаменты. Там ещё добрая половина была не сдана. А главное – недалеко… Чёрт, дороговато для неё, правда. Разозлиться и откажется. И уж точно ни о какой компенсации за счёт фирмы слушать не захочет. М-даа, проблемка. Ладка сама себе на уме и гордая, судя по всему. Как пить дать откажется. А так было бы здорово. Опять же он сам по соседству.
-Для начала, - забросил он удочку, - подъедем к «Окну в Европу».
-Отменяется, - категорически отрезала она. - Со всем уважением, Илья Алексеич, вы же не могли забыть на секундочку сколько это стоит?
Он вздохнул. Не прокатило.
-Ладно, всё равно сворачивай на перекрёстке налево. Есть у меня про запас три квартирки под крышами. Тайных, так сказать. И не особо далеко. Правда две вообще не отделаны. Тебе ж небольшая нужна, я правильно понял?
-Конечно. На фиг мне хоромы?
-Шоферю-у-га, - он тоже хмыкнул, снисходительно закрывая глаза, на её не особо корректные фразочки, иногда ею позволяемые самой себе в его присутствии.
Был у него один водитель, который матерился как сапожник, хотя кто придумал, что именно сапожники матерятся круче прочих, он не понимал. А на его взгляд строители в этом доки. Кстати, шофёра того он уволил именно за ненормативную лексику в присутствии клиентов. В Ладе ему даже нравилось иногда наедине, что она использует всякие жаргонные словечки. Впрочем, надо отдать ей должное, при сотрудниках, а уж тем более при посторонних она никогда себе такого не позволяла. Ему даже иногда становилось скучно от её подчёркнуто воспитанной речи. А ещё у неё было в запасе столько всяких поговорок, что он мог слушать их каждый день и многие даже сам стал употреблять.
Первая квартирка-мансарда та, что была уже отремонтирована, ей не подошла. Просто не понравилась. Он даже спрашивать не стал, видя её вежливо-спокойное личико.
-Ну, как говорится, первая не последняя, так что решать будешь, когда все три увидишь. Договорились?
-Да, спасибо.
Он хмыкнул про себя её такту – не хотела его обидеть что ли? Дипломат тоже ещё. И они поехали дальше. В итоге, она выбрала вторую. Двухуровневую, с узкой и длинной жилой частью, которую удачно можно было разделить зрительно и не только на две зоны. Лада обходя квартирку, даже представила, что и как можно обустроить, чего не было в двух других. Вообще, если схематично, квартира представляла собой прямоугольник пять на восемь метров. Почти половина её, пять на четыре метра ближе к противоположной от входа стене с окном и находилась ниже уровнем. В целом же, общая площадь была поделена от входной стены до противоположной с окном: на верхнем уровне слева, шириной два метра, а глубиной три занимал санузел с вмонтированной в пол квадратной каменной чашей тёмно-серого почти чёрного цвета, и войти в неё можно было из маленькой метр на два прихожей через дверь прямо напротив входной, правее от входа шла часть комнаты на этом же уровне, представлявшей собой квадрат три на три метра. Она плавно с помощью трёх ступеней во всю ширину спускалась в нижний уровень. Нижняя скажем так комната, сообщалась с кухонным отсеком с высоким и узким окном на общей стене. А больше всего Ладе понравилась часть крыши, огороженной довольно высоким толстым каменным сплошным бортом-стеной, которая шла так же вдоль всей квартиры и выйти туда можно было из двери слева от входной. Ширина этой открытой своеобразной веранды была метра три, как и ширина комнат. А ещё ей понравилось, что все три ступени в помещении выполняли роль комода, имея множество выдвигающихся ящиков для хранения. В узкой комнате, в которой трудно было бы разместить шкаф, это было очень удачным решением. А последним обстоятельством «за» стало то, что стена-разделитель кухни и ванной с комнатами на самом деле представляла собой встроенные шкафы. И наконец вид из окна на крыши – так интересно и поэтично.