-Яволь, майн герр… Идёмте, Кирилл, в кафетерий, мороженым вас угощу.
Стеклов снова покраснел, дёрнул себя мысленно за волосы и побежал её догонять. Да в конце концов кто среди них двоих мужик: он или она? Что с ним при ней вечно делается?
-С вашего позволения, Лада, может лучше всё-тки я вас?
Она обернулась, оставив пальцы на кнопке лифта. В зелёных глазах вспыхнуло одобрение, которое незадачливый воздыхатель тут же заметил и воодушевился.
-Океюшки. Тогда мне кофе.
И они оба вошли в лифт. В кафешке, заказав два кофе и пирожные, Кирилл занял место с Ладой за столиком на два места.
-По-дурацки так всё вышло. Вы извините, Лада. Я честно не просил его, сам хотел.
-Что? Позвать? – она не могла удержаться и не подколоть его снова.
Вот ведь парадокс: два совершенно противоположных внешне и по характеру мужчины. Один с истинно мужским лицом, к тому же поросшим модной трёхдневной щетиной, с твёрдым взглядом карих глаз и высоким широкоплечим телосложением, ведёт себя как ребёнок или слабак; а второй с внешностью почти женственной, смазливой, ниже ростом и более, скажем так, хрупкий, на деле истинный брутальный мужик из тех, что полны внутренней силы и действуют решительно, иногда напролом, уверены в себе и говорят то, что думают, иногда и не особо вежливо. А этого, что напротив так просто с толку сбить. Вон от простой шутки-подколки тут же смешался и стушевался.
-Нет. Не позвать, зайти к вам в гараж… Лада я … Вы мне очень нравитесь. Можно пригласить вас как-нибудь встретится в нерабочей обстановке?
Выпалил, как стометровку пробежал. Эк его шарахнуло-то, она рассматривала собеседника и думала: вот и спасай мужиков, тут же под крылышко норовят подлезть. И что ей с этим маменькиным сыночком делать? Хорош конечно, да нет у неё желания снова втягиваться во все эти свиданки-посиделки. А потом, как водится, у большинства из них, «зайдём домой на чашечку кофе», который конечно же подразумевает постельный вариант, а дальше… Да ну их всех на фиг. Ей бы от СС окончательно избавится. Хоть бы уж ремонт быстрее сделали.
-Кирилл, я в данный момент, мягко говоря - грубо выражаясь, зализываю раны после своего неудавшегося сожительства с неким субъектом, коего забыть охота до зубовного скрежета. Понимаете? Скажем так, сейчас вообще не подходящий момент для новых отношений.
Он сник, но всё же заметил:
-Но я же не прошу об отношениях. Пока просто… ну, встретится, пообщаться.
Она красноречиво ему улыбнулась: дескать знаем мы ваши встречи.
-А зачем? Вы только что признались, что нравлюсь. И мы же с вами не дети. Ну, и что вы хотите от этого? Хотите сказать, что я нравлюсь вам ради «пообщаться»? Простите меня за эти неделикатные прямые вопросы. Я всегда была такой откровенной и называла вещи своими именами. Не скрою, да вы и сами знаете, что вы очень привлекательный человек, даже ваша неловкость выглядит так мило. Может, встреться мы в другое время, я бы согласилась «пообщаться». Но не теперь уж точно. К тому же, когда? Я никогда не знаю во сколько вернусь домой и буду свободна. И меня, как ни странно, это вполне устраивает в данный момент. Простите за прямоту, не злитесь. Я считаю, что лучше прямо сказать, чем водить человека, хорошего человека, за нос, а потом оттолкнуть.
Он слушал её, понимал, даже соглашался со всеми доводами, что она ему приводила. Но как же было грустно. Эта грусть мигом нарисовалась на его лице и в глазах, разве что полные губки не надулись. Они уже допили кофе, доели сладости.
-Я вам благодарен, Лада. Спасибо за правду.
-Уж извините, пожалуйста. Спасибо за кофе. Всего доброго, Кирилл. Мне пора.
Она быстрее, чем ей было нужно, ретировалась из кафе в лифт и дальше в гараж. Ну, вот обидела классного человека. Хотя почём ей знать каков он? Но и возиться и нянчится с очередным большим дитятей, любящим, чтоб о нём заботились, она больше не хотела. Не настолько в ней развиты материнские инстинкты, чтобы добровольно скакать вокруг очередного «пупа земли». А в том, что Кирилл именно такой в отношениях, она была уверена. И не потому, что он её стеснялся. Просто он очень был похож на Сосновского, и конечно, не внешне.