-Ты ему рассказала? – встрепенулся Саврасов.
-Захотите, сами завтра расскажете. Всем пока.
Она забрала чашку с остывшим кофе, бутерброды демонстративно подвинула к ним и ушла.
-На посошок? – не удержался от улыбки Саврасов. – А то вдруг в животе забурлит по пути? На, тебе один и мне.
Они молча, стоя друг против друга сжевали бутерброды с сёмгой, которые вдруг показались немыслимо вкусными.
-А я думала мне кусок в рот не полезет.
-А сама вон всё слопала. Едем?
-Да.
Он выключил свет, закрыл дверь, и они спустились вниз. Однако, босс направился к её жёлтой букашке.
-Не сочти за наглость, я думаю, так тебе будет быстрее. Не нужно возвращаться сюда. Сразу поедешь домой.
-Вот спасибо… тебе. Но как же проверка? Они ж хотели проследить?
-Не поверишь, я поручил это дело их сотруднику с Ромкой за рулём.
Но она просто кивнула молча и села в свой кабриолет цвет омлет, как называл его босс. Уже в подъезде он взял её за руку и притянул к себе ближе.
-Лад, я серьёзно говорил. Давай напьёмся, а? Так муторно на душе, знал бы кто такое сотворил, убил бы. А так в бессильной ярости и не уснуть, и есть не охота. Одному-то уж точно.
-Одному уснуть?! – возмутилась она. – Да ты заговариваешься! Ещё выпить куда ни шло…
-Ну, так, а я о чём? У меня есть и коньяк, и виски, и ром.
-А кому-то завтра на работу, - ехидно заметила она. – А ещё кому-то вообще за руль.
-Не поедем. Объявляю завтра выходной. Заслужила. И я тоже наверно.
-А то нет? - улыбнулась она. – Ладно, по маленькой и спать. На диванчик пустишь?
-На любой из них.
Они вошли в квартиру, молча и по-быстрому сообразили бутербродов, нашли ещё пиццу в морозилке, разогрели в духовке, в дополнение к сыру и к овощам, которые даже не резали, а просто помыли. Хозяин открыл бар и поманил свою гостью подойти.
-Вуаля. Выбирай.
Он вынул бутылку коньяка, какого-то ликёра, потом поставил его обратно и достал ром.
-Ну? Какую откроем?
-А в этой что?
Она ткнула в простую бутылку без этикетки с прозрачной жидкостью.
-Водка что ли?
-Не-е-ет. Это, моя радость, самогон. Чача, если точнее.
-Серьёзно? Нет, ты серьёзно пьёшь чачу?
Он вернул все бутылки в бар, взял последнюю и прошёл к столу.
-Давай быстрее, пиццу лучше горячую есть, пока корочка хрустит. А эта чача чистейшая виноградная. Пьётся легко и нет отторжения, как от водки. Я её у одного дедка из Пицунды покупаю.
Саврасов поставил пару стопочек и присел, кивнув ей на соседний стул.
Лада перемахнула ногой через табурет и тоже села.
-Попробую, пожалуй, - махнула она рукой. –Наливай, босс. За жизнь, что ли? Или как там говорят?
-Что мне в тебе нравится, Ладка, так это конкретность. Спасибо тебе за внимательность и ответственность.
И они чокнулись. А потом ещё чокнулись стопочками, а потом уже пошло, как по накатанной. Закуска уже закончилась, они уже придвинулись друг к дружке ближе и разоткровенничались.
-Не представляешь, как я испугался сегодня. И, если честно, сам понять не могу, чего больше: за нас с тобой, или за всех, кто находился в здании. Но за Май, мою красотусю-дусю, порву на лоскутки. И не того урода, что бомбу прицепил, но самое главное того, кто его надоумил.
-А я помогу… порвать в смысле. Вот же кретины, фитиль из нас хотели сделать… а вот хрен вам, с-с-с.., пардон, босс.
-Да ладно, тебе Ладка. Пару минут назад я был Илюха и «ты».
-Ну, да, точно. Слушай эта чача просто улёт. Вроде так мягкая, а ноги ослабли.
-А я что говорил? Классная да? Жаль закуси больше нет. А к плите становится не охота… Ладка, слушай, а что там у тя с Кирюхой?
-А, отфутболила. А что мне с ним делать-то? Нянькаться? Дак я ж ему не мама родная. Ты прости, босс, он хоть и друг тебе, а с меня Эсэс с головой хватило.
-Да нет у меня друзей. И не было никогда.
Хоть и было в её голове небольшое кружение, а фраза будто отрезвила.
-Это как же? Совсем? А эти, в смысле Кириллы, Борьки там и другие?