– Как можно не знать элементарных вещей? – Лика явно скучала.
– Действительно, доля правды есть в ваших словах, – Мастер Зимний оглядел детей, затем кивнул сам себе и сказал: – Можете быть свободны. Следующее занятие здесь же, будем учиться управлять эттером.
Лика, словно этого и ждала, соскочила с парящего сиденья и быстро вышла. Брат с сестрой переглянулись, но с места не встали.
– Мы бы хотели поддержать Шока… – начал Корд.
– Совершенно ничего интересного происходить не должно. Можете быть свободны. Ваша поддержка вряд ли понадобится, – он показал глазами на дверь и начал крепить присоски к голове Шока.
Со вздохом Корд и Эли вышли.
– Вы сейчас будете смотреть уровень моего владения эттером? – спросил Шок.
Ему почему-то стало не по себе.
– Для начала узнаем, какая из стихий тебе подвластна, – говоря это, Мастер начал проводить какие-то манипуляции в саквояже.
Шок с удивлением увидел, что в потертом кожаном футляре с ручками прячется небольшой механизм. Несколько прозрачных пробирок с разноцветными жидкостями, пара циферблатов и несколько тумблеров. – Не уверен, но может понадобиться помощь, – мужчина достал из кармашка часы, откинул крышку и четко проговорил:
– Фаза завершена, можешь заходить, – и продолжил крутить небольшую ручку внутри саквояжа.
Сзади с небольшим и до боли знакомым писком раскрылась входная дверь. Шок вздрогнул и резко обернулся. Присоски отвалились.
– Приветствую, – услышал он голос эльфа.
– Александр Львович, что всё это значит?! – воскликнул парень.
– Да, господин Больман, зачем вся эта конспирация? – Мастер Зимний также вопросительно посмотрел на него.
Шок был удивлен появлением старого знакомого, который оказался такой знаменитой и популярной личностью. Он был зол и немного подавлен происходящим. Всё внутри него хотело кричать, ругаться и одновременно плакать, но тем не менее он остолбенел и мог только хмуриться, стараясь не разрыдаться.
Ему хотелось рассказать Больману, как ему здесь тяжело живется, что он совершенно не подготовлен к окружающему миру, что его появление здесь само по себе стало конфликтом. Но жаловаться не хотелось, да и рыдать на груди мужчины – тоже. Поэтому он стоически молчал, обуреваемый всеми этими противоречивыми чувствами.
Всё-таки общаться с эльфом в воображении и высказывать ему все свои претензии в жизни – это две совершенно разные истории. К подобному эмоциональному взрыву парень оказался не готов. Плюс он вдруг понял, что Александр Львович – это единственный, кто хоть немного знает его и мир, из которого Шок явился. Больман олицетворял собой всё прошлое, от которого парнишка был вынужден неожиданно для себя отказаться, попав в этот мир.
Он хотел много высказать своему покровителю, но лишь стоял и молча глотал слёзы, не давая им вырваться наружу.
Тем временем эльф улыбаясь подошел и, потрепав Шока по плечу, со знанием дела прицепил присоски на место.
– Конспирация для того чтобы не привлекать излишнего внимания к парню, ему здесь и так несладко.
Мужчины переглянулись, и Мастер понимающе кивнул.
– Галия?
– Да, всё не так просто, – подтвердил Больман.
– Вы с ней так и не помирились?
– Нет, не помирились. Я даже не уведомил ее о том, что Шок – часть программы. С двумя другими ее познакомили, с Шоком – нет.
– Это вы зря, конечно, – вздохнул физрук.
– Ну, были на то причины, – неопределенно ответил эльф, потом вдруг потянулся и сладко зевнул. – Вы уже начали процедуру?
– Вот, только подготовились.
– Хорошо.
Мужчины оба заглянули в саквояж, и Шок увидел, как жидкости в пробирках пришли в движение. Они переливались, пузырились и меняли оттенки, становясь вдруг насыщеннее или, наоборот, прозрачнее.
На лицах обоих мужчин начало появляться удивленное выражение.
– А если вот так? – спросил Мастер, что-то переключив в механизме.
– Нет же, это делается по-другому, – поморщился Александр Львович, подкручивая ручку и переключая другие тумблеры.