– Да конечно. Раз уж я могу занять немного денег, может, сбегаем, купим мне пару медиаторов?
– Да, давай. А может, не только медиаторы?
– Блины?
– Блины.
– С крибникой?
– С крибникой.
Ребята рассмеялись, подскочили и припустили к выходу.
5
На уроке Филия сделала вид, что не знакома с Шоком. Парень удивился такому поведению, но, как и все, представился и заново познакомился с темно-рыжей учительницей.
– Сегодня у нас вводный урок по физике и химии, – не вставая из-за стола, произнесла она. – Мы познакомимся с этими дисциплинами, узнаем, чем они отличаются, и посмотрим, какой частью физического и химического мира является эттер. И физика, и химия – это естественные науки. Кто-нибудь знает, почему они так называются? Да, Шок?
– Ну, естественные – потому что изучают естественный мир. Мир, который нас окружает.
– Да, естество – так раньше именовали то, что сейчас называется природой. Естественные науки изучают окружающую нас природу, то, как разные элементы взаимодействуют друг с другом, и то, как различные тела влияют друг на друга, и еще то, как эттер влияет на элементы и на различные тела.
– То есть изучение эттера – это тоже часть физики и химии? – удивился Шок.
– Конечно, – улыбаясь, кивнула Филия.
– Я думал по-другому.
– И как же?
– Ну, мне казалось, что эттер изучают какие-нибудь сверхъестественные науки.
– Пф, – фыркнула Лика.
Корд усмехнулся, и даже Эля позволила себе улыбнуться.
– Ты не совсем прав, – ответила учительница. – Видишь ли, окружающий нас эттер является так же частью природы, как и всё остальное. Да, в физике и химии влияние эттера выделено в отдельные разделы, но мы всё равно воспринимаем это как часть естества – часть природы, которая нас окружает.
– Но он же нарушает законы физики!
– Да, физики, химии и еще нескольких смежных наук. Но только не нарушает, а добавляет ряд исключений в уже известные законы. Например, все мы знаем закон Архимеда, который гласит, что на тело, погруженное в жидкость или газ, действует выталкивающая сила, направленная вертикально вверх, численно равная весу жидкости или газа, вытесненного телом, и приложенная в центре тяжести погруженной части тела. В вашем мире есть этот закон?
– Да, что-то помню. Но только ученого звали не Архимед, а отец Розенкрейнц.
– Возможно. В каждом из миров есть свои имена, которые определяют развитие науки. Так вот, первый закон Архимеда знают все, но в нашем мире все также знают первое исключение Архимеда. Оно звучит, как и закон, но только у него есть продолжение: «… кроме тех случаев, когда эттер нейтрализует или усиливает часть сил, воздействующих на тело». Понятно?
– То есть у вас в учебниках написано, что физика действует всегда одинаково, кроме тех случаев, когда в дело вмешивается эттер?
– В этом случае – да. В некоторых случаях эттер является частью окружающего мира настолько, что он входит в законы без исключений. Именно благодаря этому и закону. А также этому исключению, возможно… что?
– Телекинез! – выпалила Лика.
– Левитация! – выкрикнул Корд.
– Телекинез – да. Мы можем, воздействуя эттером стихии воздуха на воздух, стихии камня на неживые твердые тела, заставлять их перемещаться в воздухе без воздействия физической силой. Как мы видим, и законы и исключения являются частью общей науки и одинаково равны для любой магии вне зависимости от стихии. Если стихия позволяет использовать исключение для закона, то всё будет работать. С телекинезом всё понятно. А вот с левитацией всё несколько сложнее. Если представить, что под левитацией мы подразумеваем телекинез, как левитацию предметов, то всё получается легко, и всё работает. Если же под левитацией мы подразумеваем полет человека, то всё совсем не так. В чём разница?
– Человек тяжелее, чем камушек, – еле слышно прошептала до этого молчавшая Эля.
– Человек живой, а предмет для телекинеза – нет, – подняв палец вверх, пояснил Корд.
– Отлично, вы назвали Первое и Второе ликвидационные заблуждения. В те времена, когда физика не была отдельной наукой, когда ей занимались натурфилософы, они не понимали до конца смысл физических законов и их исключений и поэтому вначале думали о размере перемещаемого предмета, потом о его одушевленности, а затем и о том, что перемещать человеку самого себя запрещено божественными законами. Однако со временем пришло настоящее понимание научных законов, а с ними и понимание того, как можно реализовать полет. Весь вопрос в том, что в случае телекинеза мы применяем что-то вроде рычага к предмету, в случае левитации человека применяем систему рычагов. Левитировать трудно по тому же, почему трудно вытащить себя за волосы из болота. Помните, как в историях Виконта Мюнхгаузена? Первым, кто понял, в чём же заключается секрет полета, был натурфилософ Ньютон, а смогли реализовать это уже гораздо позже два брата Уилбур и Орвил Врайты. Именно благодаря им, если долго и усиленно тренироваться, можно полететь. Подробнее разберем в другой раз. Всем всё понятно?