Выбрать главу

Галка от такого скопления уважаемого и простого народа приободрилась, чего нельзя было сказать об остальных участниках группы. Девчонки смущались и не знали, куда девать руки, Коля Радостев сгорбился и судорожно вцепился в гриф гитары, у Жорика вдруг обнаружился насморк, и он все время пошмыгивал носом. Боб, поняв, что еще немного и группа просто сбежит со сцены, оставив Галку в одиночестве, стукнул ладонью по тугому брюху своего тамтама и хорошо поставленным, преподавательским голосом объявил:

— «Смеющаяся звезда». Исполняет Галина Звонарева и группа «Спасение утопающих».

В зале притихли.

— Пожалуйста, — в этой тишине мягко проговорил мэтр российской эстрады.

Галина сделала шаг вперед. Коля взял аккорд. Жорик тряхнул бубном… Галка запела:

Ветер окно распахнет ночью поздней. Я открою глаза и увижу сквозь тьму танец звездный. Я увижу звезду, что летит в вышине и смеется. Подмигнет она мне, и сердце, как раньше, в надежде забьется… Кто-то стонет в ночи, кто-то плачет вдали, кто-то ждет, не дождется, Кто-то воет по-волчьи, кто-то пугает детей, а кто-то просто поет. Кто-то останется в дальнем краю, кто-то забудет любовь, кто-то вернется, К дому родному путь непременно найдет… А над толпою заблудших странников, Таких, как ты и я, Сияет сквозь тучи звезда моя. Сияет моя звезда и смеется… Ты моя звезда единственная, Смейся надо мной, пожалуйста, На свою судьбу не жалуюсь. Приговор не подлежит обжалованию…

В песне были еще слова. Много слов. Коля Радостев написал длинную песню. Но тут на заднем плане произошло шевеление.

— Ах ты! — воскликнул Паша-Танк совершенно не в соответствии со сценарием исполнения.

Фигура в балахоне, до этого момента стоявшая неподвижно, рванулась к кулисе. Паша вцепился в просторное одеяние, пытаясь сдержать беглеца, тот же заметался по сценической площадке, выбежал на авансцену, и тут Павел настиг его, заломил руки и слегка тряхнул. Капюшон, скрывавший лицо странного артиста, слетел с головы…

Зрители в зале замерли.

— А вот и Моня-артист, — в наступившей тишине негромкий голос Алексея Викторовича Перепелкина прозвучал достаточно звонко.

— Это не Моня, — хрипловатым баском сказал Паша-Танк.

— Веня! — вскрикнула Марфа Король, вскочила и вдруг стала заваливаться на бок. Если бы Барчук не подхватил ее, она бы рухнула на пол.

— «Поэт»? — озадаченно проговорил высокий блондин Михаил Михайлович из ФСБ. — Чего только не бывает в местах, где собираются люди не от мира сего.

Прокурор города, опоздавший к началу представления, генеральским шагом отмаршировал по проходу между рядами, с озадаченным видом огляделся и робко присел в первое попавшееся кресло.

— Спасибо тебе, Демьян, что вытащил меня с заседания Думы, — сказал Моисей Симеонович Джиге. — Там тоже, конечно, бывает весело. Но ваше шоу не идет ни в какое сравнение с парламентскими слушаниями. А песня хорошая. И девчонка ничего.

— Она у меня до третьего тура дошла, — похвалился перед членами жюри Коля Хоменко…

4

«Быть или не быть — вот в чем вопрос».

Шекспир. «Гамлет»

— Поправьте меня, если я что-то упустил, — сухо проговорил прокурор, строгим взглядом оглядев присутствующих в его номере Алексея Викторовича и Михаила Михайловича. — Итак, известный поэт Вениамин Молочник, именовавший себя в Сети «Поэтом», кроме своей основной деятельности, увлекался еще и посреднической деятельностью в сфере криминальных услуг.

— Скорее, наоборот, Николай Григорьевич, — не побоялся «поправить» высокое начальство Перепелкин. — Поэзия — была его хобби, а посреднические услуги — основной деятельностью.