Глория почувствовала, как у нее запылало лицо. И оттого, что ей удалось додумать мысль (она вспомнила, что такие мысли у сыщиков называются «версиями»), и оттого, что ей стало снова страшно. «Не легче ли было бы меня просто убить? Зачем такой огород городить?» После этого она уже не знала, о чем думать. Она попыталась восстановить в памяти тот день, когда они с Вениамином уединились на берегу за валуном, и он читал ей стихи, а она рассказывала ему о своей бабушке… Плавала ли тогда на горизонте лодка, она, как ни старалась, вспомнить не могла. Она пожалела, что не решилась на радикальную проверку «духа» — надо было всего лишь навсего прикоснуться к нему. А если бы он оказался живым существом, схватил бы ее и сбросил бы с крыши, как беднягу Мушкина? Нет, она правильно сделала, что не приблизилась к нему. Но зато и осталась в неведении. Ей пришло в голову, что если это был человек из плоти и крови он должен был где-то скрыться. «Ну конечно! — сказала она себе. — Нужно посмотреть, нет ли на крыше другого хода, кроме хода с лестницы. Ведь когда упал Мушкин, «дух» куда-то исчез. Словно сквозь землю провалился. То есть сквозь крышу».
Непонятная сила подняла Глорию на ноги. Она была полна решимости тотчас же бежать на крышу, чтобы проверить возможные средства укрытия для лжедухов. Но решимость ее была прервана неожиданным обстоятельством. Неподалеку от места, где она находилась, послышались приглушенные голоса. Глория юркнула в нишу, где смешно топорщился огромный бразильский кактус, оцарапала руки, но успела спрятаться как раз в тот момент, когда в холл вошли Григорий Барчук и Марфа Король.
— Я их завтра же всей командой уволю, — сказала Марфа, опускаясь как раз на ту скамеечку, где только что сидела Глория. — Почивать они, видите ли, изволят! Получая такие бабки. Господи, когда мы избавимся уже от всеобщей «совковости» и пофигизма?
— Да успокойся ты, — примиряющим тоном проговорил Барчук. — Ребята набегались, наволновались. Не каждый день тут такие истории случаются.
— Ой, только не надо, Гриша, их защищать, — недовольно произнесла Марфа. — Эти не бегали. Эти на посту сидели. Задницу отсиживать умаялись — в сон потянуло! От будочника, между прочим, алкоголем несло. Бардак! Не мудрено, что тут второе убийство происходит.
— Ты все-таки склоняешься к тому, что Мушкин не сам упал? — спросил Барчук, и в его голосе послышалась озабоченность.
— Ну, ты же сам слышал, что следователь говорил, — ответила она. — С этой крыши невозможно упасть случайно. Там ограждение очень мощное.
— Да… — вздохнул Барчук. — По-моему, этот следак потолковее первого будет. Слушать умеет, не то, что прежний, царствие ему небесное. Тот только себя слушал.
— Какая разница — толковый, бестолковый, — раздраженно проговорила Марфа. — Сумму ему большую придется отстегивать, чтобы представил дело, как несчастный случай. Завтра Джигу обрадую. Пусть раскошеливается. А то, неровен час, проект вообще приостановят. От нашей прокуратуры всего можно ожидать. Скажут: что-то нечистые дела у вас творятся, не пора ли вам лавочку закрывать.
— Угу… — бормотнул Барчук. — Но ведь так оно и есть. Ты-то сама что по этому поводу думаешь? Ты прости, что я рану бережу… бередю, но кому мешал твой Вениамин? Раньше мне не хотелось тебя об этом спрашивать.
— Кому мешал? Может быть, тебе, — нервно хохотнула Марфа. — Надоело тебе, дорогой, ходить в любовниках, захотел вдове предложение сделать. Но это я так… шутю… прости. Я сама не знаю, Гриша. Веня был непростым человеком, даром что с виду — ангел. Но вот таких врагов, чтобы пулю не пожалели на него, он точно не имел. Он вообще был любимцем публики. И здесь все ребята его любили. И «звездонавты», и съемочная группа. Я же видела. Однако Мушкин до чего-то докопался — это точно. И его убрали.
— Сережа Петров, — сказал Барчук безо всякого выражения. — Потому что Мушкин только до него докапывался.
— Ты сам-то веришь, что Сережа мог убить Вениамина? — вздохнула она. — Да еще таким профессиональным способом?
— Конечно, судя по его внешнему виду, не скажешь, что он профессиональный киллер, — рассмеялся Барчук. — Но ты вообще знаешь, как должен выглядеть профессиональный убийца? Я — нет. Но думаю, что он меньше всего должен походить на злодея.
— Да ладно, что воду в ступе толочь, — снова вздохнула Марфа. — Не наше это дело — убийц искать. Давай уже к нашим проблемам перейдем. Еще бы поспать час-другой не мешает. Чтобы завтра перед нашими гавриками не выглядеть добрыми и любящими родителями.
— А может, хватит фурию перед ними разыгрывать? — сказал Барчук. — Они уже и так поняли, что работать полезно для здоровья.