— Я все слышал, — прошептал он. — Сейчас этот артист нарисуется, или меня зовут не Жора.
— В следующий раз предупреждай, когда будешь вылезать, — ответила она дрожащим голосом. — Если не хочешь, чтобы здесь еще один труп образовался. В смысле — мой.
— Да ладно, чего тебе бояться, мы же рядом, — виновато проговорил он. — В общем, все складывается нормально. Тебе даже петь не придется. Сто бакинских ставлю, он сюда заявится.
— Конечно, — прошептала Глория. — Если он сейчас не на крыше. Сколько времени.
— Около двенадцати, — ответил Жорик, посмотрев на дисплей мобильника.
Глория ойкнула и закрыла рот ладонью.
— Ты думаешь, что он опять с кем-то встречается на крыше? — спросил Жорик и со свистом выдохнул. — Ну, конечно! Днем — здесь, ночью — на крыше. Какой же я болван… Идем к пансионату? Или разделимся?
— Здесь обязательно нужно оставить засаду, — сказала Глория. — Мне кажется, если он не выходит с территории, то должен скрываться здесь, где его любят и защищают. А я отправлюсь в основное здание. Поднимусь на крышу…
— Одна ты с ним не справишься, — не согласился Жорик. — Я пойду с тобой.
— Тебя никто не пустит, — сказала Глория. — Сейчас я позвоню Ежику. С Ежиком мы справимся. Если поймаете его вы, позвоните нам — Галка знает номер моего мобильника. Если поймаем его мы, то дадим отбой вам. Правильно?
— В лучших традициях искусства захвата, — кивнул Жорик.
Направляясь к «звездной обители», Глория еще раз оглянулась. «Спасатели» прилежно занимали позиции в зарослях возле хозблока. Луна скрылась за облаком, и территория пансионата погрузилась в мрак. Глория шла наугад, на свет тусклых фонарей, немощно освещающих главную аллею. Несколько раз споткнувшись и выйдя на «финишную прямую», она замедлила шаг, бросила взгляд на будку охранника, в которой никаких признаков чьей-либо бдительной жизни не наблюдалось, и поняла, что ей снова страшно. Все-таки надежная компания за спиной и отсутствие оной — две большие разницы. Ступив на аллею, она вспомнила, что собиралась позвонить Ежику, но так и не позвонила. А открыв «записную книжку» обнаружила, что номера Ежика в ней нет. Ну, конечно. Она его взяла и стерла сегодня. Это после его ужасного объяснения. И почему она подумала, что Сережин номер ей больше никогда не понадобится? Глория растерялась. Что делать, если Моня-Веня выйдет сейчас из темноты? Кричать? Звать на помощь охрану? Бросаться на него? Судя по видеозаписи, он не слишком богатырского сложения. Но и она не из плеяды девушек, увлекающихся бодибилдингом. А вдруг он ее просто убьет? Ведь убил же он следователя Мушкина. А тот наверняка приемами какими-то владел. И вообще был мужчиной крепким. «И кричать я не смогу, — сказала себе Глория. — Вот Пампушка сразу завизжала бы. И Ласточкина. И даже, наверное, Марфа. А я визжать не умею. Вот он появится, а я… Что мне делать?»
Она сделала еще несколько нерешительных шагов и поняла, что накаркала. От будки охранника по направлению к ней шла одинокая мужская фигура. И эта фигура была вовсе не в форме, а в обычном спортивном костюме. «Это не охранник… Охранники у нас гораздо выше и в плечах шире… А из наших в такой поздний час никто не гуляет… — мысли замелькали в ее голове беспорядочным калейдоскопом. — Кричать… Или чем-то тяжелым… Или просто вцепиться ему в лицо…» И тут она почувствовала, что страх внезапно куда-то улетучился. Может быть, потому что отступать было некуда и все равно нужно было хоть что-то делать. А не ждать, пока ее убьет Моня-Веня. Она решительно шагнула навстречу своему ночному кошмару.
— Глория, — услышала она, когда до фигуры оставалось шагов десять. — Ты с ума сошла в такую темень гулять.
Если бы Глория имела привычку ругаться, она бы выругалась. Перед ней стоял Ежик собственной персоной.
— Ты что тут делаешь? — сердито проговорила она. — Это у тебя с головой не в порядке — людей пугаешь!
— Я не хотел тебя пугать, — сказал Ежик. — Я тебя встречать вышел. Потому что мало ли что может случиться с девушкой, предпочитающей ночные прогулки крепкому сну. И что за страсть такая — гулять по ночам? Которую уже ночь гуляешь…
— А ты за мной следишь? — еще больше рассердилась она.
— Охраняю… — смутился он. — Вернее, пытаюсь. Сегодня я не заметил, когда ты скрылась. Всю территорию облазал. Снова на «волю» выползала? Как там Галка поживает?
— Ты и про это знаешь, шпион… — сейчас Глория ненавидела Ежика.
— Я не шпион, — обиженно сказал он. — Я за тебя беспокоюсь… На охрану нашу надежды мало. Слышала бы ты, какой храп из будки доносится. Вот послушай.